«Закрытый режим» омбудсмена Старшовой

0
1984
Детский омбудсмен Карелии Оксана Старшова. Фото: Губернiя Daily
Детский омбудсмен Карелии Оксана Старшова. Фото: Губернiя Daily

С глубоким прискорбием в который раз приходится констатировать, что в России любая так или иначе встроенная во власть структура, даже призванная контролировать эту власть, становится карманным органом, которым манипулирует тот, кто платит «контролеру» зарплату. И защищают они интересы друг друга открыто и цинично. Особенно аморально выглядит тот, кто призван защищать законные интересы детей, но буквально из кожи лезет вон, чтобы выгородить «работодателя».

Такое впечатление не у меня одной сложилось после встречи за «круглым столом» в Общественной палате Карелии с уполномоченным по правам ребенка в РК Оксаной Старшовой, состоявшейся 2 декабря. Оговорюсь сразу, что в течение двух лет пребывания на посту детского омбудсмена Оксана Старшова ни разу не проявила инициативу встретиться с общественностью и гражданами, у которых накопилось множество вопросов к защитнику прав детей, поскольку в соответствии с законом омбудсмен является независимым и неподотчетным для органов исполнительной власти субъектом и, что особенно важно, обладает практически неограниченными полномочиями.

На заседании "круглого стола". Фото: Татьяна Смирнова
На заседании «круглого стола». Фото: Татьяна Смирнова

После трагедии с гибелью московских детей на озере Сямозеро и скандального закрытия лагеря «Золото Белого моря» персона детского омбудсмена в который раз попала под огонь критики со стороны общественности. Известный путешественник, руководитель сети лагерей «Большое приключение» и член координационного совета по развитию детского туризма при правительстве РФ Матвей Шпаро на ноябрьском «круглом столе» в Общественной палате РФ назвал реакцию властей на карельскую трагедию истерией, напомнив про повальные проверки, штрафные санкции, закрытие лагерей и возбуждение уголовных дел. За «активное участие» карельского детского омбудсмена в этой «истерии», родители-москвичи призвали главу Карелии Александра Худилайнена отправить Старшову в отставку. Затем в интернете появилась адресованная губернатору петиция с тем же призывом отставки, но с гораздо большим количеством претензий к  уполномоченной.

Худилайнен сделал вид, что не поверил «гласу народа» и – на камеру – истово просил Старшову исполнять свои обязанности с тем же усердием. Нашлась «общественность», которая письменно поддержала омбудсмена, что и растиражировали СМИ. «Черника» уже писала об этом. Правда, странное дело, на просьбу комиссии по вопросам гражданского общества и межнациональным отношениям Общественной палаты Карелии к правительству РК предоставить копию этого письма, с 1 сентября по 2 декабря его так и не прислали. Известно только, что расписан этот запрос был куратору Старшовой – заместителю главы РК Валентине Улич. Такое у власти отношение к ОП РК – законному субъекту общественного контроля?

Вице-премьер Карелии Валентина Улич. Фото: mincultrk.ru
Вице-премьер Карелии Валентина Улич. Фото: mincultrk.ru

Но вернемся за «круглый стол». Первые полчаса собравшиеся буквально вязли в паутине многословия и высокопарных благодарственных слов, которых Оксана Старшова не жалела при оценке ее собственного «сотрудничества» с органами власти. Нет смысла цитировать эти высказывания, в них, как выразился участник встречи, депутат ЗС РК Андрей Рогалевич (единственный представитель заксобрания, который пришел на круглый стол, хотя именно парламент Карелии утверждал кандидатуру Старшовой на эту должность), содержалось не более трех процентов полезной информации.

– Я могу ровно столько, сколько могу… Упираюсь в объективные реалии, – твердила омбудсмен каждый раз, когда пыталась ответить на вопросы участников встречи, чей крик души заставлял сопереживать людям и искренне возмущаться беспомощностью уполномоченного.

Помните, как во время утверждения Старшовой на должность Худилайнен загодя хвалил ее способности, рассказывая о доблестных поступках кандидата: она словно пантера и наркоманов из подвалов вытаскивала, и руки им перебинтовывала… И вот реальная мама с рыданием в голосе рассказывает про своего четырнадцатилетнего сына, учащегося одной из петрозаводских школ, попавшего под влияние одноклассника-токсикомана. Женщина очень надеялась, что после обращения к омбудсмену будут приняты меры, ведь ее сын – не единственная жертва дурмана (как удалось выяснить, в Петрозаводске существуют целые притоны, где собираются подростки-токсикоманы, в частности, на улице Повенецкой). А помощь пришла только от общественной организации, которая помогла пареньку повысить самооценку, приступить к занятиям, хотя угроза возвращения в асоциальную среду еще существует. Мама мальчика в отчаянии, ведь уходит драгоценное время. Что же Старшова? В ответ она стала говорить о недостаточном межведомственном взаимодействии, которое еще надо налаживать… И куда только подевалось ее былое рвение? Видимо, надо спросить у Худилайнена.

Глава Карелии Александр Худилайнен. Фото: gov.karelia.ru
Глава Карелии Александр Худилайнен. Фото: gov.karelia.ru

Ставшая медийным лицом петрозаводчанка Виктория Медведева, у которой по заявлению бывшего мужа власти Финляндии забрали и поместили в приют троих детей, пришла на «круглый стол», чтобы сказать Оксане Старшовой, что не видит от нее в процессе определения места жительства детей никакого толку. Лишь благодаря финскому правозащитнику Йохану Бекману и социальным службам соседнего государства двое детей Виктории находятся с ней. Под круглосуточной охраной. А третий ребенок все еще с отцом, у которого «есть проблемы», что тревожит мать. Сегодня через суд она требует, чтобы трое несовершеннолетних детей остались вместе с ней, а не отцом. В результате внимания омбудсмена, семья Медведевых попала под пристальное внимание службы опеки, которая контролирует жизнь и без того замученной вниманием семьи. Более того, по мнению Виктории и ее адвоката, детский омбудсмен бесполезен в судебном процессе. «Уважаемая Оксана Николаевна, Виктория Викторовна просила бы вас выйти из состава участников судебного разбирательства, потому что мы не видим вашей эффективности», – попросила защитница Медведевой. «Абсолютно полное ваше право», – сухо отреагировала Старшова.

Отвечая на вопрос о том, как защищаются права сирот на жилье, омбудсмен снова расписалась в собственном бессилии. И тут слово взяли дольщики группы компаний «Сана», которые в результате применяемых застройщиками мошеннических схем вместе с детьми остаются на улице с долгами, распределяемыми судом в том числе и на несовершеннолетних. К Старшовой они обращались не раз, но помощи не получили.

–  Вы говорили о реализации прав детей на жилье, думаю, что не только сироты имеют такое право, – начала свое выступление петрозаводчанка Ирина Титова, которая пришла на круглый стол с группой поддержки, состоящей из жертв «Саны», как они себя не без основания называют. – Некоторые семьи на протяжении двух-трех лет судятся, отстаивая права своих детей, но все равно оказываются на улице. Я на вскидку записала фамилии тех, кто к вам уже обращался, кто сейчас в судах находится, и кто не стал судиться, бросил свои квартиры в домах «Саны» и живут в съемном жилье. Это благополучные семьи с хорошими мамочками-наседками, папами, которые работают круглосуточно, чтобы отдавать все, что они зарабатывают, группе компаний «Сана» – Нестеровы, Ермолаевы, Логвиненко – по 3 детей, Куликовы, Гордеевы, Березинские, Тумановы – по 2 ребенка, Корольковы, Макаровы, Карпины, Тените, Платоновы – по одному ребенку… Список можно продолжать. По решению Петрозаводского и Верховного суда РК на детей также повешены долги, которые им предстоит платить до 2025–2030 года, последний пример: одна девушка посчитала, что собственницей жилья она станет через 200 лет… Только благодаря приезду в Карелию руководителя Следственного комитета РФ Бастрыкина из-за трагедии на Сямозере нам удалось передать ему свое обращение и в отношении «Саны»  было заведено уголовное дело по факту мошенничества в особо крупном размере, однако о его судьбе ничего не известно. Будете ли вы, Оксана Николаевна, принимать участие в наших судебных разбирательствах, как вы, обладая какими-то правами, будете отстаивать право на жизнь в квартире наших детей?

Ирина Титова и Елена Платонова, дети которых пострадали от "Саны". Фото: Татьяна Смирнова
Ирина Титова и Елена Платонова, дети которых пострадали от «Саны». Фото: Татьяна Смирнова

– Я обещаю, что мы вернемся к этой проблеме, посмотрю, что мы реально можем сделать, – сказала омбудсмен и переключилась на проблемы с сайтом, который по непонятной причине «был обнулен», хотя дело по ее же словам не в сайте. – Мы к этой проблеме не раз подходили, я исходя из своих полномочий пыталась что-то сделать, но есть та объективная реальность, в которую я упираюсь. Если что-то можно будет сделать, сделаю – я вам отвечаю на вопрос.

А объективная реальность очевидна: это признано на круглом столе ОП РК, состоявшемся в июне. Тогда  председатель комиссии по вопросам гражданского общества Общественной палаты Елена Пальцева так прокомментировала сложившуюся практику: «Сегодня нет политической воли на то, чтобы в строительном бизнесе Карелии навести порядок и оградить граждан от мошеннических схем. Ситуация, которая сложилась в Петрозаводске с фирмой «Сана», наводит на вполне определенные мысли о тесном взаимодействии бизнеса и власти. Невозможно объяснить действия судей, которые отказывают в защите прав, тем самым выселяя семьи с детьми на улицу, ходатайства истцов о привлечении органов опеки по таким делам не удовлетворяют, правовой оценки поддельным подписям в договорах (установлено экспертизой!) не дают, не видят предпринимательской деятельности у ИП Свидского, который реализует 94 (!) квартиры. В то время бабушек за три ведра картошки, проданной у рынка, привлекают к административной ответственности. Не верится, что такой оборот сделок возможен без сотрудничества с властью».

Митинг за честную cтроительную политику в Петрозаводске. Фото: Валерий Поташов
Митинг за честную cтроительную политику в Петрозаводске. Фото: Валерий Поташов

Критически оценила деятельность омбудсмена председатель КРОО «Заонежье» Валентина Сукотова, напомнившая Оксане Старшовой прошлогоднюю ситуацию, когда родители объявили бойкот решению власти об оптимизации школ в Великой Губе, Ламбасручье, Великой Ниве и других деревнях и селах Заонежья. Обращения к уполномоченной вновь остались без ее внимания. В своем ответе она снова сослалась на некие обстоятельства (была в отпуске, сменялись работники, которые не досмотрели), хотя поехать вместе с министром образования Морозовым собиралась (здесь ей напомнили, что министр в Великую Губу не приезжал, нагрянули только силовики), но пришлось срочно отправиться в Кемь, где сверстником был убит ребенок (вероятно, оказать помощь следователям было важнее, чем защитить права десятков детей в Заонежье?).

Озвучила Валентина Сукотова другой волнующий общественность Медвежьегорского района вопрос: на каком этапе находится решение проблем, возникших в 2015 году в связи с оптимизацией  музыкальной и художественной школ в Медвежьегорске? Старшова ответила коротко: права детей не нарушены. Но вот как оценивает ситуацию депутат Медвежьегорского районного совета Валентина Евсеева: «Условия  для  качественной реализации образовательной программы в школе искусств не созданы, в частности, не проведен ремонт и  обустройство концертного зала – отремонтирован класс без сцены и без кресел, стулья стаскиваются  разномастные в случае необходимости. Отремонтирована только часть помещений для художественной школы. В хоровом классе на третьем этаже по-прежнему холодно, не оборудован гардероб для детей, преподаватели переодеваются в классах, гардероб тоже не оборудован. Во время своего визита в школу омбудсмен прошлась по школе с директором (депутат Евсеева присоединилась сама), с коллективом не встречалась, хотя в отчете  было указано, что состоялась встреча с коллективом».

Важный акцент внес в разговор за круглым столом депутат ЗС РК Андрей Рогалевич, которого после выборов, на которых он одержал победу, по команде из правительства Карелии велено не замечать, никуда не приглашать и в прессе не упоминать. В прошлом созыве Рогалевич работал председателем комитета по образованию, культуре, спорту, туризму и делам молодежи, поэтому как никто другой понимает, как исполняется Оксаной Старшовой роль омбудсмена по защите прав детей Карелии.

Андрей Рогалевич и Валентина Сукотова. Фото: Татьяна Смирнова
Андрей Рогалевич и Валентина Сукотова. Фото: Татьяна Смирнова

– Наш комитет рассматривал проблемы, которые возникают на территории республики с защитой прав и законных интересов детей, – начал Андрей Рогалевич свое выступление. – Оксана Николаевна не присутствовала ни на одном заседании комитета, не участвовала в рассмотрении проекта бюджета, не вносила законодательные инициативы, а занимаясь точечным решением проблем, которые не ведут к эффективной работе уполномоченного. Отметив в своем отчете о факте гибели ребенка на стройке, уполномоченный не меняет ситуацию – это задача органов местного самоуправления, прокуратуры, органов опеки и, наконец, застройщика. У нас надзорных органов очень много. Вы сказали о плохой работе органов опеки и попечительства, с чем нельзя не согласиться, однако проблема не в том, чтобы в отчете написать, что органы опеки работают плохо, а в том, что сегодня бюджетом Республики Карелия выделяется недостаточно средств на организацию этой работы, не хватает специалистов. В качестве примера – Сегежа, 2014 год – меня тогда поразила позиция уполномоченного, поддержавшего лишение родительских прав в отношении матери двоих малолетних детей. Семью спасла общественность. Почему этого не сделала омбудсмен, обладая неограниченными полномочиями, удивлялись и работники районной опеки.

– Состоявшаяся в Общественной палате Карелии встреча лишний раз подтверждает, по моему мнению, номинальность должности уполномоченного по правам ребенка, – сказал после «круглого стола» Андрей Рогалевич. – Неоднократно звучавшие упреки в адрес Оксаны Старшовой, умело прятались ею за фразы «я с вами согласна». Повторюсь, уполномоченным не было составлено ни одного заключения или предложения в законодательные акты. Не было проведено комплексного анализа реализации на территории Карелии федерального закона «Об основных гарантиях прав ребенка». Не удивлюсь тому, если после этого круглого стола появятся письма с поддержкой деятельности г-жи Старшовой, а глава республики вновь признает ее деятельность эффективной. Создать видимость эффективной работы, по моему мнению, это основная цель команды карельского губернатора.

Тут надо заметить, что омбудсмен неоднократно ссылалась на работу в «закрытом режиме» с главой республики Худилайненым и министрами правительства Карелии, чем озадачила собравшихся. То ли она хотела подчеркнуть этим свою близость «к телу» руководителя республики, то ли стремление не выносить сор из избы, которого в отношении прав детей накопилось слишком много?

Оксана Старшова и модератор встречи Елена Пальцева. Фото: Татьяна Смирнова
Оксана Старшова и модератор встречи Елена Пальцева. Фото: Татьяна Смирнова

В своем вступительном слове Оксана Старшова вспомнила трагедию на Сямозере, отметив свои усилия по ее преодолению. Поэтому закономерно встал вопрос: считает ли омбудсмен, что в ее силах было предотвратить гибель детей, поскольку родители жаловались ей и в органы власти Карелии на «лагерь смерти» и в 2014, и в 2015 году?  Заметно разнервничавшись, внятного ответа Старшова не дала…

В подвешенном состоянии остался поднятый на «круглом столе» вопрос о сотрудничестве института уполномоченного по правам ребенка с общественностью. На протяжении двух лет в соответствии с положением Старшова так и не создала общественный совет, но сообщила, что 20 декабря он впервые соберется. Как производился отбор кандидатов в этот представительный орган – уже известно: по принципу «лишь бы чего не вышло». В своем рассказе о тех, с кем институт уполномоченного сотрудничает, омбудсмен вспомнила юных волонтеров, небезызвестный фонд «Материнское сердце» и «Карельский союз защиты детей», руководитель которого Надежда Павлова накануне круглого стола сказала мне следующее: «Оксана Старшова не на своем месте», правда, на встречу сама Павлова  не пришла.

Оксане Старшовой пришлось выслушать от общественников немало неприятных слов. Фото: Татьяна Смирнова
Оксане Старшовой пришлось выслушать от общественников немало неприятных слов. Фото: Татьяна Смирнова

Инициатор «круглого стола», руководитель КРОО «Служба социальной реабилитации и поддержки «Возрождение» Галина Григорьева так прокомментировала итоги встречи:

– Могу отметить полное отсутствие взаимодействия Оксаны Старшовой с общественными организациями – ею не приведено ни одного примера. После вопроса руководителя ОО «Красный крест» Валентины Полищук о совместной работе с социально ориентированными НКО последовало перечисление ряда организаций без оценки результатов  совместной деятельности. Не было дано анализа знания и применения детьми Конвенции по правам ребенка (согласно требованию Конвенции необходимо введение должности Уполномоченного по правам ребенка в государствах, которые ратифицировали Конвенцию), примеров детской правозащитной деятельности. «Уполномоченные по правам детей в образовательных учреждениях, которые  были избраны детьми в 2008-2009 годах, еще кое-где остались», – резюмировала Старшова, не сказав, как эту важную деятельность возобновить. В ее выступлении отсутствовала оценка выполнения Конвенции ведущими политиками и ключевыми руководителями, ответственными за детскую политику в Республике Карелия. Совершенно верно была дана оценка деятельности омбудсмена: «Это агентство по жалобам». К сожалению, «агентство» не доводит ничего до логического конца, не извлекает уроки, а уполномоченная ведет безответственную игру сама с собой.

Красной нитью ее деятельности, как поняли общественники, является постоянное информирование главы РК о работе омбудсмена. После закрытого совещания с главой РК по организации летнего отдыха  в Краснодарском крае, где побывала с проверкой Оксана Старшова –  «уполномоченный ждет оргвыводов от А.П. Худилайнена». Интересно, какие выводы сделает глава республики на этот раз?

Вот как прокомментировала итоги круглого стола его модератор Елена Пальцева:

Елена Пальцева. Фото: facebook.com
Елена Пальцева. Фото: facebook.com

– Идея провести встречу с Оксаной Старшовой возникла не на пустом месте. У нас в Карелии очень сильные общественники, которые работают с детьми и они хотят видеть в уполномоченном по правам ребенка помощника, а не наблюдателя. Для этого нужна совместная работа и поиск путей решения проблем. Но этого взаимодействия нет. Поэтому все замечания, нарекания в адрес омбудсмена возникли не на пустом месте. Со временем количество должно переходить в качество. В нашем случае, точечный сбор нарушений должен привести к системному анализу ситуации и предложениям. Этого в работе Оксаны Старшовой нет. Кроме того, по итогу мероприятия для меня стало очевидным полная зависимость уполномоченной от главы республики Александра Худилайнена, что все свои действия она согласует с ним на закрытых совещаниях. Об этом сама Старшова неоднократно говорила на встрече. Хотя по закону эта должность независима и неподотчетна органам власти. Это был один из самых сильных выводов.