Зaбытый город, или наглядный учебник истории в ухтинских лесах

0
1300
Ухтинские леса хранят память о войне. Фото: Андрей Туоми
Ухтинские леса хранят память о войне. Фото: Андрей Туоми

«Черника» продолжает знакомить читателей с малоизвестными или забытыми страницами карельской истории. Сегодня речь пойдет о том, что происходило в годы войны на Ухтинском направлении.

Боевые действия 1941-1944 годов здесь несколько отличались по своему характеру от остальной линии фронта, протянувшейся от Баренцева до Черного морей. Во-первых, по Ухтинскому направлению проходил стык зон ответственности финских и германских частей. Во-вторых, наступление 3 пехотной дивизии финнов было остановлено всего в каких-то 70 километрах от границы, и всю войну, вплоть до сентябрьского перемирия 1944 года, противоборствующие стороны стояли во фронт, ни на метр не уступая своих территорий. В-третьих, стратегически важный населенный пункт – село Ухта (ныне поселок Калевала) так и не был взят финнами, а с сентября 1941 такая задача и вовсе была снята с повестки дня как бесперспективная.

Как это ни странно звучит, обе стороны – и советская, и финская – полностью выполнили поставленные перед ними боевые задачи. Задача финнов состояла в том, чтобы не допустить прорыва Красной Армии на Ухтинском направлении с заходом в тыл немецкой дивизии СС «Норд», атакующей севернее поселок Лоухи, и создать видимость угрозы прорыва финнов на Ухтинском направлении, чтобы оттянуть от Лоухи значительные силы Красной Армии. Задача 54 стрелковой дивизии, обороняющей Ухту, была проще: не допустить прорыва финнов. В общем и целом, обе стороны не оправдали ожиданий друг друга: ни финны не собирались брать штурмом село, ни 54 стрелковая дивизия не вынашивала планов по прорыву финской обороны и охвату немцев в полукольцо. Все три года войны на Ухтинском направлении и одни, и другие провели в ожидании решительных действий друг от друга, которых так и не последовало. Но это вовсе не отменяло достаточно агрессивной с обеих сторон позиционной войны…

Противотанковые заграждения. Фото: Андрей Туоми
Противотанковые заграждения. Фото: Андрей Туоми

Естественно, что застрявшие на столь долгий срок противоборствующие дивизии (а это, без малого, по 12 тысяч человек с обеих сторон с техникой, полевыми госпиталями, ремонтными пунктами и прочим военным скарбом), за три года создали каждая в зоне своей ответственности не только глубоко эшелонированную оборону, но и целые населенные пункты, сравнимые по своей площади с небольшими городами или поселками.

Характерно, что советская сторона почти полностью ушла под землю, в то время как финны в своей прифронтовой полосе строили большей частью обычные дома или наполовину углубленные в грунт сооружения. Именно это обстоятельство, а также тот факт, что финны строили весьма качественно, сыграло свою особую роль после войны. В поселке Калевала по сей день есть много домов, привезенных с финской обороны. Даже местный районный Дом культуры (ныне уже разобранный), был перевезен и собран в Калевале именно оттуда. Он использовался по назначению вплоть до 90-х годов. А во время войны это был солдатский клуб, расположенный всего в нескольких километрах от передовой.

Руины блиндажа. Фото: Андрей Туоми
Руины блиндажа. Фото: Андрей Туоми

Сегодня тыловая территория финской линии обороны не выглядит внушительно именно по той причине, что все с этой территории было вывезено местными жителями в послевоенный период. Вплоть до сараев, бочек из-под топлива, бидонов для воды и молока. Вернувшееся из эвакуации в сожженную Ухту население вынуждено было искать все то, что нужно для жизни, именно на обороне, несмотря на риск нарваться на мины, которых в лесах Калевалы и по сей день достаточно.

И напротив, забытый город на месте дислокации частей 54 стрелковой дивизии РККА остался в первозданном виде. Естественно, с учетом поправок на время. Все, что нашлось пригодного для использования в жизни, местные жители давно разнесли по домам, а вот огромные блиндажи, в которых жили красноармейцы, так и остались на своих местах. Потому как все они практически полностью врыты в землю и древесина таких построек непригодна для строительства уже через год-два. Насколько тщательно зарывалась в землю 54 дивизия, говорит тот факт, что на одном из участков, прилегающих к передовой, красноармейцы вырыли подземную дорогу, протяженностью более километра, которую полностью укрыли бревнами и грунтом. По этой дороге к линии фронта скрытно перевозили боеприпасы. Для сравнения подхода военных к решению технических вопросов можно сказать, что финны у себя в тылу, построили другой тип дороги, которая полностью была сооружена из бревен и лежала на срубах. Это был своего рода деревянный мост, протяженностью около километра, построенный через болото.

Минометная мина. Фото: Андрей Туоми
Минометная мина. Фото: Андрей Туоми

В настоящее время территория тылового гарнизона 54 стрелковой дивизии полностью заросла лесом и мхом, однако все еще четко просматриваются линии траншей, инженерные сооружения и многочисленные блиндажи и землянки. Гарнизон протянулся в глубину на два-три километра от линии соприкосновения с противником. Так как специфика лесной войны не давала возможности организовать сплошную линию обороны, то и фортификационные сооружения военные возводили вблизи двух основных дорог, уходящих от села в западном направлении. Соответственно располагались и тыловые гарнизоны двух полков дивизии.

Когда проходишь по этим гарнизонам, начинаешь понимать, что лишь малая часть солдат дивизии находилась на переднем крае, основная масса личного состава была в ближнем тылу. Поражает не только площадь и плотность этих военных поселений, но и то, как много сил было приложено для предотвращения прорыва финской армии: далеко в тылу вырыты дополнительные траншеи на случай отступления, подготовлены блиндажи и огневые точки, проложены дороги, врыты в землю деревянные противотанковые заграждения. И все это опутано сотнями километров колючей проволоки. Сколько человеческих ресурсов и упорного труда потрачено на это строительство! И все это строилось руками солдат 54 дивизии, ведь местное население из села было полностью эвакуировано.

Каска советского бойца. Фото: Андрей Туоми
Каска советского бойца. Фото: Андрей Туоми

Кстати, танки на Ухтинском направлении применялись только на начальном этапе финского наступления и были они из состава немецких танковых частей, с немецкими же экипажами. В ходе дальнейшего наступления от применения танков решено было отказаться, так в условиях пересечённой лесистой и болотистой местности танки могли передвигаться только по дорогам, где они могли стать легкой мишенью.

Сегодня над забытым военным городом вновь шумит тайга, тянутся в небо сосны, северная природа долго и тщательно затягивает раны, нанесенные войной: зарастают траншеи, обваливаются блиндажи, превращаются в ржавую труху колючая проволока, каски, неразорвавшиеся боеприпасы. Но до сих пор животные и птицы обходят и облетают стороной места давних боев. Как в песне поется: «Здесь птицы не поют». Лишь изредка встречаются в таких лесах рябчики, синички, дятлы или следы медведя на брусничных ягодниках. Видимо генетическая память заставляет всякую лесную живность сторониться этих мест. Да и человеку тяжело долго здесь находится: почти физически ощущаешь присутствие смерти, давит гнетущая, тяжелая тишина, царящая в забытом и заброшенном военном городе. И эти ощущения войны, трагедии, скомканных, уничтоженных и поломанных судеб тысяч солдат не имеют ничего общего с пафосом и блеском праздничных мероприятий 9 мая. И этот наглядный учебник истории рассказывает о войне без прикрас и без преувеличения, без фальшивой и ненужной героики.