13 апреля 2022 года Валентина Матвиенко во время заседания Совета Федерации выразила искреннее недоумение: для неё стало открытием то, что Россия импортирует гвозди, несмотря на наличие в стране собственного производства металла. Тогда это стало новостью дня.
Матвиенко отреагировала таким образом на выступление сенатора Эдуарда Росселя, поднявшего тему импортозамещения.
«Для меня, например, было неким открытием — у нас гвозди импортные, не буду называть страну [откуда идет импорт] — догадайтесь с трех раз. Мы даже гвозди не производим в стране, которая выпускает столько металла», — сказала она.
СМИ тут же вспомнили, что в 2020 году основными поставщиками гвоздей в РФ были Белоруссия (84,3%) и Китай (10,7%), тогда как отечественное производство осуществляли, в частности, Вяртсильский метизный завод (ВМЗ) в Карелии, Магнитогорский метизно-калибровочный завод и другие.
Да, Вяртсильский метизный завод в числе прочей продукции производил и гвозди. До тех пор, пока в него не вбили последний гвоздь, приняв решение о закрытии завода с 1 февраля 2026 года. Сделал это «эффективный частный собственник».
Работники завода пытались отстоять свои рабочие места, обращаясь к Путину и губернатору Карелии Артуру Парфенчикову, но результат был предсказуем – предприятие закрывается, а из 146 сотрудников 103 человека будут уволены. Чиновники из Министерства промышленности Карелии написали рабочим, что вмешиваться в деятельность владельца, ПАО «Мечел», государство не может.
Насчет того, что государство не может вмешиваться — вопрос весьма дискуссионный. На самом деле правительство России регулярно помогало и помогает различным частным корпорациям, таким образом демонстрируя свою классовую сущность. Состоящую в том, что его политика прежде всего направлена на защиту финансовых интересов крупного капитала. Тому же «Мечелу» помогали очень часто. Вот только из новостей этого года:
Москва. 30 июня. INTERFAX.RU — «Мечел» в качестве адресной поддержки получил рассрочку по уплате задолженности по налогам и страховым взносам на сумму более 13 млрд рублей на максимально возможный срок — 3 года. Об этом сообщила журналистам замгендиректора по финансам компании Нелли Галеева.
При этом именно «Мечел» — компания миллиардера Игоря Зюзина — становится часто объектом государственной поддержки в условиях системного кризиса в металлургии. Возникает резонный вопрос: почему масштабная господдержка направлена на спасение одного частного холдинга, в то время как реальные производственные мощности просто ликвидируются?
Историческая справка лишь усиливает драматизм ситуации. Вяртсильский завод — это символ послевоенного возрождения: в 1940-х и 50-х годах здесь восстанавливали не только производство, но и целый посёлок — школы, больницу, библиотеку, спортобщество, драмкружок. История Вяртсильского завода — от восстановления в советские годы и экспортных успехов до стагнации и остановки — наглядно иллюстрирует процессы в российской металлургии и обрабатывающей промышленности в целом.
Заявления высших государственных лиц о необходимости импортозамещения и удивление от зависимости от вроде бы простейшего изделия, гвоздей, резко контрастируют с реальной экономической ситуацией, в которой даже исторически значимые и профильные отечественные предприятия (как ВМЗ) закрываются из-за «рыночной конъюнктуры».
Случай с Вяртсильским метизным заводом — не локальный кризис в нашей республике, а зеркало системного кризиса российской промышленной политики. Когда спикер Совета Федерации «удивляется» импорту гвоздей, а одно из отечественных производств этих самых гвоздей закрывается, становится ясно: разрыв между риторикой импортозамещения и реальностью — не просто большой. Он фатальный.
