В День памяти и скорби, в 85-ю годовщину нападения нацистской Германии на СССР, «Черника» рассказывает историю высоты 168,5 — места, где в сентябре 1941 года бойцы 313-й стрелковой дивизии ценой своих жизней сдерживали наступление на Петрозаводск, а сегодня территория оказалась в зоне промышленного освоения.
Пока МИД России грозит Литве уголовным преследованием за «варварские планы» по ликвидации советских захоронений, министр по природопользованию и экологии Карелии Янина Свидская согласовала песчаный карьер в окрестностях высоты 168,5 — места ожесточённых боёв 1941 года, где бойцы 313-й стрелковой дивизии стояли насмерть при обороне Петрозаводска. Здесь поисковики до сих пор поднимают останки погибших красноармейцев и продолжаются научные исследования, однако территория оказалась в зоне хозяйственного освоения компании «Онегостройгрупп», получившей соответствующие согласования. На фоне заявлений о недопустимости осквернения памяти павших за рубежом возникает вопрос: почему внутри страны территории, связанные с гибелью советских солдат, оказываются объектом коммерческих проектов, и где проходит граница между сохранением исторического наследия, патриотической риторикой и экономическими интересами разбиралась «Черника».
«Брестская крепость» Карелии
Высота 168,5 — это не просто отметка на карте Карелии. Это первый рубеж обороны Петрозаводска, место, где в сентябре 1941 года бойцы 313-й стрелковой дивизии ценой собственных жизней сдерживали наступление финских войск на столицу Карело-Финской ССР.
За три недели ожесточённых боёв дивизия потеряла более половины личного состава — 6518 человек из 11500. Именно это сопротивление позволило выиграть время для эвакуации жителей, предприятий и оборудования из города.
Местные поисковики называют высоту 168,5 «Карельской Брестской крепостью». Первый оборонительный рубеж Петрозаводска был обнаружен руководителем поискового отряда «Совесть» Алексеем Фирсовым в 2011 году. С тех пор здесь ведутся раскопки, поднимаются останки погибших красноармейцев, восстанавливается история обороны города. На территории установлены часовня, поклонный крест, мемориальные знаки и элементы военно-исторического комплекса.
«Когда увидели масштаб обороны, просто поразились. Там стояла 313-я стрелковая дивизия и держала рубеж, пока из Петрозаводска вывозили людей, имущество, заводское оборудование. Это была первая линия обороны города», — вспоминает один из основателей карельского поискового движения «Эстафета поколений» Александр Анишин.
После неудачной попытки вернуть Красную Пряжу подразделения 313-й дивизии заняли оборону на господствующей высоте 168,5, известной также как гора Холодная. Финские войска, наступавшие на Петрозаводск вдоль реки Шуя, несколько недель безуспешно пытались прорвать этот рубеж. К концу сентября высота оказалась в окружении.
Последнее упоминание о её защитниках содержится в боевом донесении 313-й дивизии от 25 сентября 1941 года:
«1070-й стрелковый полк, будучи отрезан с 21.09.1941 в районе высоты 168,5, продолжает вести бой… С 20.00 24.09.1941 связь с ним прекратилась».
Задачу дивизия выполнила. Петрозаводск избежал молниеносного захвата, однако цена оказалась огромной. Тысячи советских солдат погибли на подступах к городу, и их останки до сих пор продолжают находить поисковые отряды.
Значение высоты 168,5 неоднократно подчёркивалось на федеральном уровне. В разные годы мемориал посещали председатель Государственной думы Сергей Нарышкин, секретарь «Поискового движения России» Елена Цунаева и нынешний глава Карелии Артур Парфенчиков.
«Я абсолютно согласен с теми, кто называет эту высоту Карельской Брестской крепостью. Три недели в небольших окопах держать оборону — это настоящий героизм», — говорил Парфенчиков во время посещения мемориала в 2017 году.
Высота 168,5 и ее окрестности сегодня остаются не только памятником военной истории, но и местом продолжающейся поисковой работы. Каждый год здесь находят новые останки погибших бойцов и новые свидетельства событий сентября 1941 года. Именно поэтому государство на протяжении многих лет поддерживало создание здесь мемориального комплекса, сюда приезжали руководители федерального уровня, депутаты Государственной думы, представители «Поискового движения России» и руководство Карелии. Все они говорили о необходимости сохранять память о подвиге защитников Петрозаводска.
Однако не так давно министр по природопользованию и экологии Карелии Янина Свидская подписала документы, открывшие путь к разработке песчаного месторождения в непосредственной близости от этого скорбного и памятного места.
Каким образом территория, которую поисковики называют «Карельской Брестской крепостью», оказалась в зоне интересов коммерческой добычи полезных ископаемых и кто стоит за этим проектом? Вероятно, у Янины Сергеевны свои представления об исторической памяти и патриотизме…
От финского генштаба до «Онегостройгрупп»
Напомним, в апреле 2025 года «Черника» опубликовала расследование о том, как Министерство природных ресурсов и экологии Карелии под руководством Янины Свидской согласовало ООО «Онегостройгрупп» строительство так называемой лесной дороги, под прикрытием которой велась масштабная вырубка леса. Позже природоохранная прокуратура потребовала взыскать почти 40 миллионов рублей ущерба, а Петрозаводский городской суд признал договор аренды лесного участка недействительным.
Именно в ходе судебного разбирательства представитель «Онегостройгрупп» Виталий Юдицкий представил карту месторождений и перспективных участков недропользования в районе Пряжи. На ней внимание сразу привлекает месторождение «Пряжа-10», выделенное красным цветом.
На первый взгляд это обычная схема недропользования. Однако достаточно посмотреть на неё внимательнее. Высота 168,5, где в сентябре 1941 года насмерть стояли бойцы 313-й стрелковой дивизии, фактически оказывается внутри контура будущих разработок. Красные границы месторождения охватывают мемориальную территорию с разных сторон, вплотную подходя к месту ожесточённых боёв и многолетней работы поисковиков.
В этой картине есть мрачный исторический символизм. Осенью 1941 года финское командование стремилось прорваться к Петрозаводску через рубеж, который удерживали бойцы 313-й дивизии. Сегодня высота 168,5 вновь оказывается окружена. Только теперь речь идёт не о военной операции, а о хозяйственном освоении территории.
За последние годы государство вложило немало усилий в сохранение этого места. Здесь установлен поклонный крест, созданы мемориальные объекты, проводятся поисковые экспедиции. Высоту посещали председатель Государственной думы Сергей Нарышкин, секретарь «Поискового движения России» Елена Цунаева, глава Карелии Артур Парфенчиков. Именно Парфенчиков называл высоту 168,5 «Карельской Брестской крепостью», подчёркивая её особое значение для истории республики и всей страны.
Однако одновременно с этим другое государственное ведомство Министерство природных ресурсов и экологии Карелии выдало лицензию, открывающую возможность промышленного освоения территории в непосредственной близости от мемориального комплекса. Документы подписала министр Янина Свидская.
Получается странная ситуация. Одни представители власти приезжают сюда возлагать цветы, говорить о подвиге защитников Петрозаводска и необходимости сохранять историческую память. Другие ставят подписи под решениями, после которых на месте жестоких боёв могут появиться карьерная техника и промышленная добыча песка.
Особенно остро это противоречие выглядит на фоне международной повестки. Пока российский МИД обвиняет власти Литвы в неуважении к памяти советских солдат и протестует против ликвидации воинских захоронений, в самой России чиновники допускают хозяйственное освоение территории, где поисковые отряды до сих пор находят останки погибших красноармейцев.
Никто не знает, сколько ещё бойцов остаются непогребёнными на подступах к высоте 168,5. Поисковые работы здесь продолжаются ежегодно. Земля по-прежнему хранит следы боёв сентября 1941 года.
Поэтому главный вопрос сегодня заключается не в объёмах запасов песка и не в экономической целесообразности очередного карьера.
Главный вопрос гораздо проще: если высота 168,5 действительно является «Карельской Брестской крепостью», как говорил Артур Парфенчиков, то почему территория, где погибали защитники Петрозаводска, вообще оказалась в зоне коммерческих интересов?
Преступление или бизнес? Опыт соседнего региона
Показательно, как на схожую ситуацию отреагировали правоохранительные органы в соседней Ленинградской области.
В июне 2021 года в посёлке Тельмана Тосненского района сотрудники ООО «Эврика» во время земляных работ обнаружили костные останки, предположительно относящиеся к периоду Великой Отечественной войны. Однако работы остановлены не были. Как позже установило следствие, располагая информацией о возможном воинском захоронении, участники работ продолжили разработку грунта и его вывоз вместе с находившимися в нём человеческими останками.
Реакция государства последовала незамедлительно. Следственное управление СК России по Ленинградской области возбудило уголовное дело по пункту «а» части 2 статьи 243.4 УК РФ — уничтожение либо повреждение воинских захоронений и иных объектов, увековечивающих память погибших при защите Отечества. Следователям предстояло установить не только обстоятельства проведения работ, но и причины, по которым участок, где ранее уже находили останки погибших бойцов, оказался вовлечён в хозяйственный оборот.
Теперь посмотрим на Карелию.
Высота 168,5 — это место, где поисковые отряды более десяти лет ведут раскопки и регулярно поднимают останки красноармейцев, погибших при обороне Петрозаводска. Здесь установлены поклонный крест и мемориальные объекты. Это место неоднократно посещали федеральные политики и руководители поискового движения России. Глава Карелии Артур Парфенчиков публично называл высоту «Карельской Брестской крепостью».
Именно в непосредственной близости от этой территории Министерство природных ресурсов и экологии Карелии согласовало разработку песчаного месторождения.
Разница между двумя историями выглядит поразительной.
В Ленинградской области обнаружение останков воинов Красной армии стало основанием для уголовного преследования и тщательной проверки обстоятельств проведения работ.
В Карелии территория, где останки погибших бойцов находят до сих пор, оказалась в зоне промышленного освоения после решений, подписанных министром природных ресурсов и экологии республики Яниной Свидской.
Безусловно, речь идёт о разных юридических ситуациях. Однако принципиальный вопрос остаётся открытым. Если государство считает воинские захоронения и места гибели защитников Отечества объектами особой охраны, то почему в одном регионе потенциальная угроза таким территориям становится предметом уголовного расследования, а в другом — основанием для выдачи согласований и лицензий?
Высота 168,5 остаётся местом продолжающейся поисковой работы. Никто не может точно сказать, сколько ещё непогребённых бойцов покоится в этой земле. Именно поэтому история с карьером выходит далеко за рамки спора о недропользовании или хозяйственной деятельности.
Это уже вопрос отношения государства к собственной исторической памяти.
И вопрос этот сегодня звучит тем громче, чем чаще чиновники требуют уважения к памяти советских солдат за пределами России.
Двойные стандарты в действии
На своей странице в социальных сетях министр природных ресурсов и экологии Карелии Янина Свидская регулярно рассказывает о патриотических акциях. В июне 2026 года ведомство присоединилось к международной акции «Сад Памяти». Как сообщалось в публикации министерства, участники высадили более 10 тысяч сосен в память о погибших защитниках Отечества.
«Благодарю каждого, кто не поленился в этот субботний день, не испугался капризной погоды и вместе с нами дал новую жизнь лесу в память о героях!» — написала министр Свидская.
Красивые слова. Но именно они заставляют задать неудобный вопрос.
Как сочетаются призывы чтить память погибших защитников Отечества с решениями, которые открывают путь к разработке песчаного карьера в окрестностях высоты 168,5 — места, где поисковики до сих пор поднимают останки бойцов, погибших при обороне Петрозаводска?
Получается странная логика. В одном случае память о героях требует высадить десять тысяч сосен и сделать памятную фотографию. В другом — не мешает согласовать промышленное освоение территории, где земля до сих пор хранит следы боёв и останки павших.
В описании акции говорится о «бережном отношении к памяти о прошлом» и «связи поколений». Но если память о прошлом действительно является ценностью, то почему она заканчивается там, где начинаются интересы недропользователей?
Высота 168,5 не просто точка на карте и не обычный лесной участок. Это место, которое глава Карелии Артур Парфенчиков публично называл «Карельской Брестской крепостью». Здесь установлены мемориальные объекты, работают поисковые отряды, сюда приезжают представители федеральной власти.
Именно поэтому история с карьером выглядит не просто спором о лицензии или хозяйственной деятельности. Она выглядит проверкой искренности громких слов о патриотизме.
Потому что посадить сосны в память о героях действительно несложно. Намного сложнее отказаться от решений, которые могут поставить под угрозу место, где эти герои погибли.
Вместо вывода: вопросы без ответов
На этом мы не заканчиваем расследование. Скорее, наоборот — только начинаем.
Факты, которые удалось собрать, заставляют задать целый ряд вопросов.
Высота 168,5 — место ожесточённых боёв сентября 1941 года, где погибли тысячи бойцов 313-й стрелковой дивизии и где поисковые отряды до сих пор находят останки защитников Петрозаводска, оказалась в зоне промышленного интереса. Документы, открывающие возможность разработки месторождения «Пряжа-10», подписаны Министерством природных ресурсов и экологии Карелии.
При этом то же самое ведомство регулярно участвует в патриотических акциях, посвящённых сохранению памяти о погибших защитниках Отечества. А в соседней Ленинградской области правоохранительные органы возбуждали уголовные дела после обнаружения останков советских воинов в зоне хозяйственных работ.
Почему в одном случае государство говорит о необходимости особой защиты памяти погибших, а в другом допускает хозяйственное освоение территории, где поисковые работы продолжаются до сих пор?
Почему место, которое глава Карелии Артур Парфенчиков публично называл «Карельской Брестской крепостью», оказалось в границах участка, предназначенного для добычи полезных ископаемых?
Почему государство столь жёстко реагирует на действия в отношении советских воинских захоронений за пределами России, но не видит противоречий, когда подобные вопросы возникают внутри страны?
Чтобы получить ответы, «Черника» в ближайшее время направит официальные запросы:
— министру природных ресурсов и экологии Карелии Янине Свидской;
— главе Республики Карелия Артуру Парфенчикову;
— руководителю ООО «Онегостройгрупп» Виталию Юдицкому;
— руководителям поисковых организаций Александру Анишину и Алексею Фирсову;
— историку Илье Герасёву и профессору Сергею Веригину;
— в Карельскую межрайонную природоохранную прокуратуру.
Мы опубликуем все поступившие ответы. В том числе и отсутствие ответов, если кто-то предпочтёт промолчать.
Потому что высота 168,5 — это не просто точка на карте и не очередное месторождение песка. Это место, где 85 лет назад решалась судьба Петрозаводска. Место, где до сих пор продолжается поиск павших бойцов. Место, которое государство само объявило частью своей исторической памяти.
И именно в День памяти и скорби, 22 июня 2026 года, общество вправе знать, каким образом память о погибших защитниках Отечества была совмещена с планами промышленного освоения этой территории.
Ответы на эти вопросы ещё предстоит получить. Расследование продолжается…
