Финская компания Innokas намерена наладить производство украинских беспилотников для нужд ВСУ. Известный карельский адвокат Николай Флеганов считает, что этот проект необходимо оценивать не только с политической, но и с международно-правовой точки зрения.
Финская технологическая компания Innokas и украинский производитель беспилотных систем Airlogix подписали письмо о намерениях создать в Финляндии мощности для выпуска дронов.
Документ был подписан 19 августа на оборонной выставке DALO Industry Days в Дании. Сотрудничество развивается в рамках программы Build with Ukraine. Цель проекта стороны не скрывают: произведённые в Европе беспилотные системы будут предназначены для украинских сил обороны.
Пока речь идёт не о запущенном заводе и даже не об окончательном контракте. Компании только намерены разработать юридическую, техническую и производственную модель сотрудничества. В дальнейшем возможно создание совместного предприятия. Об этом говорится в официальном сообщении Innokas.
Однако уже сейчас известно главное: украинские беспилотники собираются производить на территории страны НАТО, имеющей общую границу с Россией, а конечным получателем должны стать вооружённые силы Украины.
Частная инициатива с государственными разрешениями
Правовой разбор проекта опубликовал известный карельский адвокат Николай Флеганов.
По его мнению, попытка представить будущее производство как частную коммерческую инициативу двух компаний юридически несостоятельна. Военная продукция и товары двойного назначения не могут свободно производиться и поставляться за границу без участия государственных контролирующих органов.
В Финляндии экспорт подконтрольной продукции за пределы Европейского союза требует специального разрешения. Компетентным органом, выдающим лицензии на экспорт товаров двойного назначения, является Министерство иностранных дел Финляндии.
Более того, финское правительство готовит изменения в национальное законодательство об экспортном контроле. В контрольный перечень предлагается отдельно включить беспилотные летательные аппараты двойного назначения и связанные с ними навигационные системы.
Следовательно, если проект Innokas и Airlogix дойдёт до реального производства и поставок, финские власти уже не смогут объяснять происходящее исключительно решениями частного бизнеса. Государственным органам придётся выдавать разрешения, проверять конечного получателя продукции и оценивать возможные последствия её применения.
Это ещё не означает, что действия частной компании автоматически становятся действиями государства. Международное право устанавливает более сложные правила привлечения государства к ответственности за поступки частных структур.
Но Финляндия в любом случае будет отвечать за собственные решения — прежде всего за выдачу лицензий и соблюдение международных обязательств.
Что Финляндия обещала России
Одним из главных аргументов Николая Флеганова стал Договор об основах отношений между Россией и Финляндией, подписанный в 1992 году.
В статье 4 документа говорится:
Стороны не будут использовать или разрешать использовать свою территорию для вооружённой агрессии против другой стороны.
Там же предусмотрено, что в случае вооружённой агрессии против России или Финляндии другая сторона должна воздержаться от оказания военной помощи агрессору.
Именно здесь возникает главный правовой вопрос: можно ли считать производство в Финляндии беспилотников для ВСУ использованием финской территории во вред безопасности России?
Флеганов отвечает на этот вопрос утвердительно. По его оценке, санкционированное государством производство средств поражения, предназначенных для стороны вооружённого конфликта, противоречит смыслу российско-финляндских договорённостей.
Позиция Хельсинки, очевидно, будет другой. Финляндия, как и остальные страны НАТО, считает поставки вооружений Украине помощью государству, реализующему право на самооборону. При таком подходе действия Украины не признаются агрессией, а значит, финские власти не считают применимой норму договора 1992 года.
Это и составляет суть правовой коллизии. Россия рассматривает западные поставки оружия как угрозу своей безопасности и фактическое участие стран НАТО в конфликте. Финляндия называет те же действия поддержкой Украины.
Одними политическими заявлениями этот спор не разрешить.
Экспорт нельзя разрешать автоматически
Финляндия является участником Договора о торговле оружием. Он требует от государства перед выдачей разрешения оценить, не будет ли поставка способствовать подрыву мира и безопасности, а также использоваться для серьёзных нарушений международного гуманитарного права.
Если после оценки установлен преобладающий риск таких последствий, экспорт не должен быть разрешён.
Общая позиция Европейского союза по экспорту вооружений также предусматривает отказ в лицензии, если поставка может спровоцировать или продлить вооружённый конфликт, усилить существующую напряжённость либо создать явный риск агрессивного применения военной продукции.
При этом ни один из этих документов не запрещает автоматически поставлять вооружение государству, участвующему в боевых действиях. Решение зависит от назначения продукции, оценки рисков, предполагаемого способа применения и позиции государства-экспортёра.
Поэтому окончательные юридические выводы можно будет делать только после появления конкретной информации:
-
какие именно беспилотники собираются выпускать в Финляндии;
-
являются ли они ударными, разведывательными или многоцелевыми;
-
где будет расположено производство;
-
кто станет формальным покупателем продукции;
-
какие экспортные лицензии выдадут финские власти;
-
как будет контролироваться применение произведённых беспилотников.
Пока таких данных нет.
Вопросы уже возникли
Сегодня Innokas и Airlogix располагают только письмом о намерениях. Производство не запущено, совместное предприятие не создано, а о выданных экспортных разрешениях ничего не сообщается. Поэтому утверждать, что Финляндия уже совершила доказанное нарушение международного права, было бы преждевременно.
Но и представлять проект как обычное сотрудничество двух частных компаний нельзя.
Будущие беспилотники изначально предназначены для вооружённых сил Украины. Их производство и экспорт потребуют решений финских государственных органов. Именно Хельсинки предстоит определить, соответствует ли проект национальному законодательству, правилам Евросоюза, Договору о торговле оружием и обязательствам перед Россией.
Исследование Николая Флеганова переводит эту историю из области политических лозунгов в правовую плоскость.
Когда на территории государства производят военную технику для участника вооружённого конфликта, ссылка на частный характер предприятия уже не работает. Вопросы возникают не только к компании, но и к власти, которая разрешила ей производить и поставлять эту технику.
