Смрад подмосковных свалок скоро доберется до Карелии?

0
872
Карелия зарастает мусором. Фото с сайта ОНФ
Карелия зарастает мусором. Фото с сайта ОНФ

Мусорные бунты охватили малые города Подмосковья – местным жителям стало практически нечем дышать, а отравленные свалочным газом дети попали в больницу. Что предприняла власть? Нет, не с ядовитыми свалками стали поспешно бороться чиновники, а с перегородившими подъездные пути на мусорные полигоны гражданами, грудью встающими на защиту права на чистый воздух. Разумеется, с помощью Росгвардии. Тонны московского мусора тем временем частично перенаправили в соседние области, в частности, во Владимирскую – народ там потише, места поглуше…

В нашу северную республику за тысячу верст столичные отбросы возить не станут, однако настораживающую информацию читатели «Черники» уже сообщают: в одном из граничащих с Петрозаводском районов замечены десятки мусоровозов с питерскими номерами. Информацию эту мы проверяем. Однако и с собственным мусором в республике проблем хватает. Если не сделать выводов из «мусорных бунтов» в Подмосковье, очень скоро подобным смрадом будут дышать жители многих населенных пунктов Карелии и, прежде всего, Петрозаводска.

Такую картину можно наблюдать в каждом районе Карелии. Фото: Алексей Владимиров
Такую картину можно наблюдать в каждом районе Карелии. Фото: Алексей Владимиров

Первый раз самая крупная на территории Карелии официальная свалка неподалеку от станции Орзега, куда больше сорока лет свозится мусор из Петрозаводска и Прионежского района, «рванула» жарким летом 2010 года. Загорелись расположенные там «озера» с отработанным мазутом. Столбы черного дыма поднимались так высоко, что были видны в Петрозаводске. Жуткий ядовитый запах заставлял горожан задраивать наглухо окна. Сколько пожарные не пытались справиться с горением мазута, пожар успокоился только к осени, огонь тлел до времени, вновь разгоревшись весной 2012 года. Спустя еще три года, весной полигон для утилизации отходов в Орзеге напомнил о себе новыми мощными возгораниями…

Насколько можно судить, от пожара до пожара гигантской свалкой, способной придушить столицу Карелии, никто всерьез не занимался – велись по большей части пустые дискуссии в пользу раздельного сбора мусора и защиты экологии. Исполняющий обязанности руководителя регионального управления «Росприроднадзора» Олег Шейновский на одном из совещаний в 2014 году честно сказал, что Петрозаводск «сидит на ядерной бомбе, которая находится в Орзеге».

Как пояснил тогда специалист, эксплуатировать подобные полигоны нельзя более 30 лет (напомним, свалке в Орзеге – за сорок!), объект давно пора рекультвировать. О происходящих там процессах никто не знает. К тому же свалка не отвечает никаким санитарным требованиям. С 1976 до 2005 года в так называемые нефтекарты («озера» – хранилища мазута) сливались нефтесодержащие отходы, и они переполнены. Кроме того, никому доподлинно не известен состав отходов, которые каждый день прирастают в Орзеге. Сюда везли и везут все: от люминесцентных ламп до ГСМ – отходы самой высокой степени опасности. Удивительно, что Петрозаводск с «ядерной бомбой» под боком все еще жив и дышит не самым плохим (надеемся) воздухом. Пока?

Тогда же специалисты, которые били тревогу в связи с приближающимся мусорным коллапсом, настаивали на необходимости срочно заняться подбором земельных участков под мусорные полигоны. Они утверждали, что на всю республику достаточно 3-4 полигона, которые проектируются в течение 1,5-2 лет и являются сложными техническими сооружениями по утилизации и переработке отходов. Но полигоны так и не появились даже в проекте. В Карелии продолжают действовать 14 свалок. Ситуация по-прежнему парадоксальная: практически 100 процентов отходов у нас не перерабатывается, а сбрасывается в кучу и затем зарывается бульдозером поглубже.

В Карелии хватает незаконных свалок. Фото: Алексей Владимиров

Республиканской власти пришлось напрячься, когда в соответствии с федеральным законодательством был объявлен поэтапный запуск новой системы регулирования в области обращения с твердыми коммунальными отходами (ТКО). Срок установлен до 1 января 2019 года. В рамках этой задачи в течение 2017 года требовалось завершить работу по разработке и установлению нормативов накопления ТКО с учетом четырех сезонов, утверждению региональных программ в области обращения с ТКО, корректировке территориальных схем обращения с ТКО, подготовке документации об отборе региональных операторов по обращению и по подготовке проектов соглашений с ними. И не позднее 1 мая 2018 года необходимо заключить соглашения с региональными операторами ответственными за весь цикл – сбор, вывоз, складирование, утилизацию мусора. Уже с 1 мая все платежи за вывоз мусора будут поступать на счета регионального оператора. По новой системе сбор и вывоз отходов исключается из перечня услуг и работ по содержанию общего имущества многоквартирных домов. Услуга по обращению с отходами становится коммунальной, тарифы в этой сфере регулируются государством, а все расчеты идет через регионального оператора.

Чехарда в республиканских органах власти (за этот период сменилось несколько министров ведомств, ответственных за мусор) или присутствие неких коррупционных схем превратили процесс избрания регионального оператора в настоящий кошмар для коммунальных служб Карелии, занимающихся вывозом отходов. На сегодняшний день известно, что региональным оператором стало существующее под эгидой «Корпорации развития Карелии» не известное никому ООО «Автоспецтранс», зарегистрированное в обычной квартире, с уставным капиталом в 10 тысяч рублей, не имеющее техники, опыта и квалифицированного персонала – так утверждают знающие люди. У коммунальщиков имеются все основания подозревать, что регионального оператора в Карелии не столько выбрали, сколько назначили. Только кто и с какой целью? Собирать и аккумулировать средства за вывоз ТКО, чтобы оставить без своевременных средств реально работающие организации? Надеемся, в этом разберется прокуратура. В противном случае нам покажутся детскими играми нынешние неубранные помойки, жилые дома станут атаковать крысы, а зловоние будет попадать в квартиры прямиком из-под окон.

На днях в нашу редакцию предали проект «Региональная программы в области обращения с отходами, в том числе с твердыми коммунальными отходами, в Республике Карелия», разработанный в Петрозаводском госуниверситете. Вскоре, как того требует законодательство, документ должен быть утвержден главой Карелии Артуром Парфенчиковым. Задачи, прописанные в этом 172-старничном труде, впечатляют. Предусмотренная для победы над мусором сумма в 4,3 миллиарда рублей – вселяет надежду. Вот только установленные сроки – до 2027 года (год завершения реализации программы) как-то не радуют. Впереди десятилетие «переходного периода» к более или менее цивилизованному способу борьбы с отходами, которое еще надо как-то пережить.

Прокомментировать проект программы мы попросили эколога Дмитрия Рыбакова, который был немногословен: «Выкрасить и выбросить. Там нет самого главного, с чего надо начинать. (Надеюсь, я это не пропустил – словосочетание «пищевые отходы» по всему тексту программы отсутствует!). Прежде чем начинать переработку отходов, нужно провести 100-процентную установку диспоузеров на кухнях. Вот, просто взять и выделить на это деньги! Стоимость одного прибора порядка 8 тысяч рублей. Так вот, не глупостями надо заниматься, а дело делать!». Диспоузер в нашем лексиконе слово новое, хотя весь цивилизованный мир давно использует в домашних хозяйствах эти измельчители пищевых отходов – они просто уходят в канализацию, что позволит сортировать и утилизировать весь остальной мусор – пластик, стекло и так далее.

Дмитрий Рыбаков. Фото со страницы в социальной сети Facebook
Дмитрий Рыбаков. Фото со страницы в социальной сети Facebook

За комментарием мы также обратились к руководителю Общественного совета по ЖКХ при петрозаводской администрации Александру Чаженгину. В прошлом известный политик десять лет назад попытался открыть в Карелии завод по переработке пластика. Но идея эта на этапе реализации получила отпор местного населения: завод планировалось установить в помещениях заброшенного сельхозпредприятия в Заозерье. Людям кто-то внушил, что выбросы производства ядовитые, а это прямой вред здоровью. Проект закрыли. Заметим, что в соседней Норвегии на подобных заводах перерабатывается до 90 процентов пластиковой тары без вредя для окружающей среды, а у нас она сваливается в мусор, нанося непоправимый вред экологии.

По словам Александра Чаженгина, проект региональной программы – это теоретический документ, который не основан на реальной базе, а взят из учебников. В нем, по его мнению, должны быть рассмотрены все точки сбора отходов, транспортные схемы, полигоны, способы утилизации и захоронения. Что касается денег, которые предусмотрены проектом программы, то их попросту нет, внебюджетные средства еще надо найти. Если за региональным оператором нет инвесторов, то физически программу реализовать не удастся, а инвесторов, похоже, нет.

«Пока пишутся и утверждаются такие программы – у нас будут расти свалки», – заключил эксперт.

Александр Чаженгин. Фото: Губернiя Daily
Александр Чаженгин. Фото: Губернiя Daily

Послушав первого заместителя председателя комитета Госдумы по жилищной политике и ЖКХ Александра Сидякина, вообще перестаешь верить в реальность скорых позитивных изменений в борьбе с отходами. Тут как в русской пословице: у семи нянек дитя без глазу. Отвечая на вопрос: кто в российском правительстве несет ответственность за «мусорную реформу», он говорит: «К сожалению, у реформы нет одного куратора в правительстве. Это как минимум, два вице-премьера и четыре ведомства. Что касается вывоза мусора – это Минстрой, сортировочные и перерабатывающие станции – это Минпромторг, захоронение и рекультивация мусора – Минприроды и Росприроднадзор. Формирование тарифов – Антимонопольная служба».

Откуда взяться порядку и системному подходу в регионах, если в правительстве России черт ногу сломит?

И напоследок небольшой видеосюжет, в котором известный российский экономист и предприниматель Дмитрий Потапенко говорит о «мусорных войнах», грозящих России.

Государство, которое не бережет своих граждан, допуская отравление жителей целых городов свалочными газами, по сути, ведет войну со своим народом. Площади российских смердящих свалок равны территории Франции. И это факт, от которого не отмахнуться, как от назойливой помойной мухи.