«Полный непрофессионализм». Доказательства в деле историка Дмитриева вызывают сомнения защиты

Юрий Дмитриев. Коллаж: Черника

Петрозаводский суд 11 мая в очередной раз продлил арест Юрию Дмитриеву, которого обвиняют в изготовлении порнографии, развратных действиях и незаконном хранении основной части оружия. Это решение суда было настолько ожидаемым, что можно было не только не ходить к гадалке, но даже не ждать конца заседания, где суд решал, продлевать ли меру пресечения 61-летнему редактору-составителю Книг памяти жертв политических репрессий.

Следователь-фантазер и четыре «административки»

Выслушав помощника прокурора Петрозаводска Алексея Сильченко, зампредседателя горсуда Марина Носова в итоге просто удовлетворила его ходатайство, оставив Дмитриева под стражей еще на полгода – до 28 октября включительно. Хотя представитель прокуратуры даже толком не обосновал свою просьбу, обмолвившись лишь о том, что и после завершения расследования основания для содержания Дмитриева под стражей не изменились и не отпали.

Но что это за обстоятельства и действительно ли они еще имеют место, прокурор не стал разъяснить во время заседания (они были названы позднее в тексте решения и словно были переписаны из предыдущих). Единственное, что можно отнести к аргументам в пользу продления ареста Дмитриеву, стала справка от участкового о том, что историк четыре раза привлекался в 2016 году к административной ответственности за нарушение срока перерегистрации оружия. Тем не менее, следует ли из этого, что Дмитриев может помешать разбирательству по своему делу, суд в ходе заседания выяснить не пытался. Казалось, что наличие «административки» для него автоматически означает, что ранее не судимый человек будет нарушать закон напропалую, как матерый рецидивист.

Руководитель карельского отделения "Мемориала" Юрий Дмитриев в суде. Фото: Сергей Мятухин
Руководитель карельского отделения «Мемориала» Юрий Дмитриев в суде. Фото: Сергей Мятухин

При этом напрасно адвокат Виктор Ануфриев говорил, что какой бы тяжести преступление не вменялось человеку, это не означает по закону, что его надо держать в следственном изоляторе, применяя самую строгую меру пресечения. Тем более что Дмитриев не собирается скрывать от суда, а договор между ним и мэрией Петрозаводска об опеке над несовершеннолетней приемной дочерью уже расторгнут чиновниками. Более того, девочка сейчас живет в другом районе Карелии с бабушкой и, окажись Юрий Дмитриев под домашним арестом, он точно никак не сможет с ней увидеться, а тем более оказать на нее какое-то воздействие.

— При каждом продлении меры пресечения я говорил, что скрываться от суда не собираюсь. Я, наоборот, заинтересован в том, чтобы мое честное имя было реабилитировано или как-то обелено, — пытался достучаться до суда Юрий Дмитриев. — В том, в чем меня обвинял следователь-фантазер, я себя виновным не признаю. Приложу все усилия, чтобы предоставить все необходимые, нужные доказательства, чтобы и суд убедился в том, что я не виновен.

Все, кроме сексопатолога

Не менее важным моментом в выступлении защиты Дмитриева стала экспертиза, которая была проведена в январе этого года по инициативе следствия. Если верить адвокату Ануфриеву, именно она станет главным доказательством, которое гособвинение выдвинет на суде против Юрия Дмитриева.

Виктор Ануфриев. Фото: Сергей Мятухин

Однако следствие так организовало экспертизу, что не привыкший к подобным вещам московский адвокат порой не может подобрать слов, чтобы выразить свои эмоции. Потому что экспертное заключение, по словам Ануфриева, подготовили совершенно неподходящие для этого люди – историк искусства, педиатр и математик. Они-то и сделали вывод о том, что из более ста фотографий приемной дочери, найденных в компьютере Дмитриева, девять снимков – это порнография.

Как такое заключение могла сделать «эксперты», среди которых не было сексопатолога (а только он и может, по словам защитника, установить факт наличия порнографии), для Ануфриева остается непостижимой загадкой. В довершение этого, говорит адвокат, экспертиза прошла с нарушениями уголовно-процессуального законодательства, когда защите не позволили в ней участвовать.

— Следствие знало, что если поручить экспертизу объективному экспертному бюро, дело развалится, — пояснил «Чернике» Виктор Ануфриев. — Какое отношение они [эксперты] имеют к порнографии, к сексопатологии? Это полный непрофессионализм.

Городской суд Петрозаводска. Фото: Валерий Поташов
Городской суд Петрозаводска. Фото: Валерий Поташов

Защитник по-прежнему уверен, что изъятые у Юрия Дмитриева фотографии не имеют никакого отношения к порнографии. Как говорит Виктор Ануфриев, историк делал их с перерывами на протяжении нескольких лет для наблюдений за здоровьем приемной девочки, которая была истощена при удочерении. И пусть органы опеки не требуют этого от приемных родителей, заблуждавшийся на этот счет Дмитриев не имел дурных намерений. К тому же, напоминает защитник, в его действиях не было главной составляющей преступления – цели изготовления порнографических материалов и (или) их распространения. Поэтому говорить о преступлении в случае с Дмитриевым вообще не приходится, считает адвокат.

С учетом этого и особенно потому, что экспертизу провели с нарушением закона непрофессионалы, Виктор Ануфриев заявил особое ходатайство. Перед тем как суд приступит к рассмотрению дела Дмитриева по существу (а случится это в ближайшие недели), он попросил назначить предварительное заседание, предложив исключить на нем главное доказательство обвинения – пресловутую экспертизу, – а также прекратить уголовное преследование. Соответствующее заседание суд назначил на 17 мая.

«Выборы же на носу»

Тем не менее, судя по настрою адвоката Ануфриева, он не ждет, что Фемида услышит его доводы. Защитник уже не раз отмечал, что дело движется, словно каток, к обвинительному приговору, сминая контраргументы, насколько бы значимы и весомы они не были. Наоборот, в деле только появлялись дополнительные обвинения вроде незаконного хранения оружия, хотя под этим подразумевается часть ствола, которую Дмитриев нашел когда-то рядом с помойкой и забрал, чтобы с ним ничего не сделали подростки.

Юрий Дмитриев виновным себя не признает. Фото: Сергей Мятухин
Юрий Дмитриев виновным себя не признает. Фото: Сергей Мятухин

Политическую подоплеку в своем деле видит и сам Юрий Дмитриев, называя его «чистой подставой». Перед началом суда, где историку продлевали арест, он не скрывал, что, по всей видимости, его общественная деятельность стала кому-то неугодна.

– У нас же выборы президента на носу. Им надо убрать весь лишний сор, – считает Дмитриев. – Кому-то очень хочется, чтобы шествовал только «Бессмертный полк», а миллионы других людей, конечно, недостойны нашей памяти.