ОСТАНОВИТЬ ПРОФЕССОРА: МОЖНО ЛИ БЫЛО ПРЕДОТВРАТИТЬ ЖЕСТОКОЕ УБИЙСТВО СТУДЕНТКИ?

491
Фото: rt.com

Несколько суток обсуждается новость о жестоком убийстве студентки из Краснодара Анастасии Ещенко. Её расчлененный труп обнаружили в квартире профессора Олега Соколова в Санкт- Петербурге. Самого историка Соколова, по сообщениям СМИ, обнаружили в реке Мойке, где он пытался утопить отрезанные человеческие руки. Ведется следствие и вроде бы Соколов уже написал явку с повинной, дал признательные показания. Но это может быть и не совсем точно.

Сразу оговорюсь, что до решения суда по уголовному делу в виде приговора Олег Соколов считается невиновным и называть его преступником нельзя. Пока можно с уверенностью говорить только о том, что имело место жестокое убийство молодой девушки, аспирантки и сожительницы работника вуза, а также о том, что труп несчастной жертвы обнаружили в квартире преподавателя-реконструктора.

Говорить об уголовном деле не буду, так как не имею на это никакого права. Кроме того, пока следствие не установило обстоятельства, а суд ещё не дал оценку произошедшему, что-то комментировать просто бессмысленно и бесполезно. Но в этой истории интересна другая сторона, которую изучить можно и нужно, ответив на вопросы: можно ли было предотвратить жестокое убийство, можно ли было избежать этой жертвы?

В статье «Есть ли защита от домашнего насилия» я подробно описал проблемы домашней преступности и возможные пути их решения. Борьба с преступностью не всегда должна ограничиваться поиском виновных, их осуждением и наказанием. Есть и другая сторона —

защита жертв от преступных посягательств, а также профилактика подобных преступлений. Прокуроры-гособвинители это называют общим термином «восстановление социальной справедливости».

Домашнее насилие, даже не опасное для здоровья, по моему глубокому убеждению, должно пресекаться комплексом мер. Ведь безнаказанность поражает у агрессора чувство вседозволенности. Не зря домашнее насилие криминологи называют преступлениями «двойной превенции». В переводе с юридического на русский это означает, что такие преступления обречены на повторение, на рецидив с более тяжкими последствиями, если их жёстко и принципиально не пресекать на самых ранних стадиях.

Домашние преступления скрыты от чужих взглядов, совершаются в условиях неочевидности для следствия. Из тяжело выявлять, их трудно раскрывать, их сложно доводить до суда. Самое мудрёное — защитить жертву, так как работающих механизмов в российском законодательстве практически не существует.

О профессоре СПбГУ Соколове известно, что в отношении него годом ранее было подано обращение от другой студентки, которая обвинила его в жестокости, в причинении вреда ее здоровью. Заявительница подробно описала обстоятельства происшествия, от которых любой человек содрогнется от ужаса: неужели работник образования способен на такое?

Уверен, что теперь дело поднимут из архивов и проведут тщательное расследование, присоединив к делу об убийстве. Но разве этого нельзя было сделать ранее?

Увы, как я уже писал ранее, система российского права не даёт практически никаких шансов на то, что подобные преступления домашних агрессоров не будут повторяться. Пока не будут введены условия для защиты жертв: предоставление им убежища, помощь психолога, материальная помощь, запрет агрессору на любой контакт с жертвой, — никакого результата не получится. До тех пор, пока эта категория преступлений лежит на плечах участковых наряду с административными правонарушениями и магазинными кражами, мы будем пожинать такие ужасные плоды бездействия законодателей.

Я даже готов выступить за создание специализированной службы или структуры в системе МВД, в чью задачу будет входить выявление, пресечение и расследование таких преступлений, а также функции по государственной защите потерпевших. Это действительно нужный орган в правоохранительной системе.

Но, скорее всего, вместо должных выводов российские власти предпочтут найти стрелочника из числа сотрудников полиции, на которого впоследствии возложат ответственность за произошедшее, если вина Соколова будет доказана в суде.

А как вы считаете, способна ли российская правоохранительная система предотвращать такие чудовищные происшествия?