Сложилась некая традиция, что раз в год, 5 августа, в Карелии происходит политическое шоу. В Сандармох приезжают либеральные «общественники» и разного рода делегации, в том числе иностранные. Возлагают там венки, произносят речи… Думается, многим должно быть понятно, что речь в этом случае идет не о памяти погибших тогда людей, кем бы они ни были, а о поддержании созданного Юрием Дмитриевым мифа о Сандармохе.
Побывавшие вчера в Карелии иностранные дипломаты служат лучшим доказательством для подобного утверждения. Например, посол Финляндии на вопрос журналистов про жертвы уже финской оккупации Карелии в 1941–44 годах тут же заявила, что «все изначально началось с зимней войны, когда Финляндия стала жертвой агрессии»…
Всякому, знающему историю, понятно, что госпожа посол слукавила. Все началось гораздо раньше, с «клятвы меча» Карла Маннергейма, заявившего, что Карелия должна принадлежать Финляндии. И с нескольких вооруженных вторжений финских «добровольцев» на территорию соседнего государства. Возможно, представительнице Финляндии нужно было задать вопрос о том, что делали вооруженные граждане ее страны под Петрозаводском еще в 1919 году?
Да, изначально именно белая Финляндия была агрессором! И объективно рассуждая, если финское руководство сделало максимум возможного для того, чтобы доказать, что их государство в любой удобный момент поддержит нападение на СССР, то совершенно закономерно наша страна имела право решить вопрос о безопасности Ленинграда и Карелии тогда, когда условия оказались подходящими.
Но и это еще не все. Так как все в истории взаимосвязано, то можно было бы напомнить госпоже послу, что финское государство имеет косвенное отношение и к событиям 1937 года в Карелии. Какое и каким образом?
Давайте вспомним, что во время так называемых «племенных войн», организованных белофиннами на территории Карелии в период с 1918 по 1922 год происходил массовый террор местного населения. Ведь в этих экспедициях участвовали те же офицеры и солдаты финской армии, которые отметились в кровавом подавлении рабочей революции в Финляндии. У них был «замечательный» опыт убийств своих же сограждан!
Белофинны, так же как русские белогвардейцы, при занятии карельских деревень, как правило, старались расстрелять всех мужчин, замеченных в поддержке Советской власти. Естественно, при этом не обходилось без участия их сторонников из числа местного населения. Односельчане убивали односельчан. Например, за пару месяцев 1919 года белофинны и их местные приспешники расстреляли в одном лишь Олонецком уезде 286 коммунистов, членов их семей и просто крестьян, сочувствовавших Советской власти.
Потом многие из участников этих событий попали под амнистию, объявленную Советской властью, вернулись на родину. А у тех, кто навсегда ушел в Финляндию, замарав себя расправами над односельчанами, оставались близкие родственники. Тут нужно понимать психологию деревни, где старые обиды долго не забываются и часто переносятся на иных членов семьи своего обидчика. В 1937 году часть этих людей, на которых имелись компрометирующие данные, арестовывали, скорее всего, просто по спискам. Ну а дальше включилась «инициатива» местного населения, причем не исключено, что с обеих сторон писали в НКВД…
Да, сейчас об этом стараются не вспоминать, но заметная доля репрессированных в 1937–1938 годах — это те, кто в годы Гражданской войны пошел на службу к интервентам, англичанам или финнам, кто так или иначе участвовал в белом терроре или способствовал ему. Любые исторические аналогии хромают, но просто представьте ситуацию с теми нынешними гражданами РФ, кто оказался замешан в помощи бандеровскому режиму Украины. Даже по собственной глупости. Какое будет к ним отношение на протяжении еще многих лет после этого?
Именно ожесточение Гражданской войны и белого террора через 18 лет привели к большим масштабам репрессий 1937–1938 годов в Карелии. Все взаимосвязано, без изучения одних событий невозможно понять другие… Так что историческая ответственность за последствия своих же авантюр должна лежать и на финском государстве.
Правда, тут нужно добавить, что на данный момент нет вообще никаких доказательств того, что репрессированных жителей Карелии из числа русских, карелов и финнов свозили в Сандармох. Это всего лишь предположение Юрия Дмитриева, которому нужно было пропиарить себя, как «первооткрывателя самого большого захоронения на Северо-Западе».
Поэтому возникает вопрос к существующей при правительстве Республики Карелия комиссии по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий. Может, члены этой комиссии все-таки пригласят историков, проведут круглый стол, разберутся с этим вопросом? И если окончательно убедятся, что никаких доказательств нет, официально об этом заявят. Чтобы не вводить в заблуждение родственников репрессированных из числа жителей Карелии.
А второе пожелание к республиканским властям, вытекающее из вчерашних слов финского посла. Может быть, стоит почаще вспоминать не только о полумифическом «крещении карелов», но и о главных событиях гражданской войны в Карелии? Да и соседям напоминать.
Понятно, что нынешнему начальству идеологически ближе «АдмиралЪ», генерал Деникин и прочие юденичи с миллерами, но можно иногда отдавать почести и героям обороны Сегежи и Петрозаводска в 1919 году, Лижемской операции, славного Видлицкого десанта… Ведь это они отстояли Карелию в составе России. А то у нас многие жители Петрозаводска не в курсе, по какому поводу у въезда в Петрозаводск стоит этот памятник.
Между прочим, 19 сентября 1919 года — дата окончательного завершения белофинского Олонецкого похода, закончившегося провалом интервентов. В этот день можно вспомнить защитников красной Карелии, возложить цветы к сохранившимся памятникам, рассказать об этом в средствах массовой информации. Тем более, что там есть, о чем вспомнить.
