«МЫ ПОДДЕРЖИВАЛИ ДРУГ ДРУГА»

1123
Ольга Чайка

С 16 декабря медики скорой помощи петрозаводской БСМП приостановили «итальянскую забастовку», которая началась еще 15 сентября. Напомним, что «итальянская» забастовка – это такой метод борьбы работников за свои права, который предполагает работу строго в соответствии с действующими инструкциями и правилами.

Местная ячейка профсоюза работников здравоохранения «Действие» требовала повышения зарплаты, полного начисления доплаты за работу ночью и в составе неполных бригад, поэтому фельдшера скорой помощи официально отказались от дополнительных смен и работы в неполных бригадах. Эти события в карельской столице имели большой общественный резонанс, о проблемах петрозаводских медиков рассказали даже ведущие федеральные СМИ, а главврач БСМП Алексей Хейфец был вынужден уйти со своей должности.

Решение приостановить забастовку было принято в связи с достигнутыми с представителями минздрава Карелии договоренностями о повышении заработной платы. Чего же конкретно добились забастовщики? Об этом рассказала председатель первичной профсоюзной организации ОПРЗ «Действие» Ольга Чайка.

— Ольга, ваша «итальянская» забастовка закончилась, или во всяком случае, она приостановлена. Каковы ее итоги, что получили ее участники?

— Первое то, что нас признали, нас и наши проблемы. Это главный момент. В январе 2019 года, когда все началось, были те же проблемы с комплектованием бригад, с зарплатой. Но до забастовки все начальники нас уверяли, что мы не правы, все соответствует правилам, зарплата наша соответствует норме, все как положено, денег больше нет… Мы пережили весну, лето, думали и решили выйти на забастовку.

Теперь наши требования признали официально. На сегодняшний день мы добились увеличения количества бригад «скорой помощи». В Петрозаводске было 18 бригад, сейчас 4 бригады обещали дополнительно. Признали и ту проблему что и у водителей «скорых» зарплаты низкие, они не соответствуют реальной ситуации. Теперь у них появилась строка «доплата до МРОТ», раньше этого не было.

Второе – это выделение скорой помощи в нашей республике в отдельную структуру со своим бюджетом. Обещают дополнительное финансирование, добавить 100 миллионов рублей этому новому центру скорой медицинской помощи, куда войдут все районные станции скорой помощи. Еще увеличат стоимость вызовов, это деньги из фонда обязательного медицинского страхования. Не очень много, порядка 150 рублей за вызов добавят, но от стоимости вызовов тоже наша зарплата зависит. Повысить уровень зарплат обещали. Конечно, для Петрозаводска бригад все равно недостаточно, даже если 22 бригады будет, по федеральному нормативу должно быть до 33. Это если принимать во внимание и численность населения Петрозаводска и гостей города, которые не учтены. Но в новом центре до 26-28 бригад планируют увеличить.

— А объединение всех станций скорой медицинской помощи насколько оправданно? Никто в результате не пострадает, в тех же районах?

— Нет, этого не должно быть, для нас главное, что не будет границ районов. Ведь как это выглядит на практике? Бывают случаи, когда после дорожно-транспортных происшествий на трассе «Кола», непонятно – кто должен ехать на место. Скорая из Петрозаводска или из Кондопоги? Какой километр, чья зона, кто отвечает? Пока разбираемся, время идет. Будет карта диспетчеров, и они будут видеть, какая машина ближе всего к месту. В Пудож, конечно, никто не поедет, там свои машины. Очень часто такие проблемы возникали с теми же дачниками в Лучевом. Часть Лучевого к Петрозаводску относится, а что-то и к Кондопоге. Когда у них бригады нет, а что-то серьезное, они к нам обращались за помощью. Мы же не можем оставить человека… Теперь от этой неразберихи уходим.

Когда нам обещают 26-28 бригад, возникает вопрос к чиновникам: где вы людей возьмете, фельдшеров, водителей? Все пришли к выводу, что нужно поднимать им зарплаты. Как еще заманить людей?

Чтобы понимали, никаких документов еще нет, пока все обещания даны устно…

— Вы уверены, что эти обещания будут выполнены?

— Я думаю, в министерстве здравоохранения понимают, если нас обманут, будет точно такая же акция, мы ее повторим. И на пикеты выйдем, на серию пикетов. Во многих городах России, где есть профсоюз «Действие», медики нас поддержат, выйдут с плакатами о проблемах скорой помощи Петрозаводска. Солидарность многое значит. Мы даже голодовку для себя не исключаем, но это будет, конечно крайняя мера. Люди в таком состоянии, они пока готовы поверить. Но терпеть обман нельзя.

Повторюсь, чиновники заговорили с нами. Смотрите, изначально как было? 26 августа мы подаем заявление о планирующейся забастовке и до 10 октября, полтора месяца, тишина и молчание. Главврач Хейфец публикует данные, как в БСМП все хорошо. А мы что-то пытаемся доказать. Только 10 октября, когда вышли на забастовку, в правительстве предлагают вариант реорганизации. Представителей нашего профсоюза включают в рабочую группу, которую создали в министерстве здравоохранения. Но наше мнение тогда все равно не спрашивали. Зачитают, мы должны принять к сведению и все. Смысла присутствия на этих мероприятиях мы не видели. И вот только сейчас, после длительной забастовки, пошла нормальная работа по пунктам, по надбавкам и прочему. К нам уже прислушиваются, хотя конечно, во многом не согласны.

— А давление на участников забастовки было?

— Было конечно. Когда подали заявление, что будет забастовка и мы отказываемся от совместительства, главврач скорой по одному членов нашего профсоюза вызывала. Не всех, выборочно. Они же знают слабые места отдельных людей. Мол, если ты пойдешь на это, никогда дополнительных смен не получишь. Были разговоры, что наши данные, с фамилиями, передадут в другие медицинские учреждения, и потом никого из участников забастовки нигде не возьмут на работу. У нас люди такие, без хитрости. Но если задуматься — на каком основании вы мои персональные данные можете кому-то передать? За это же можно наказать по закону. Но не все знают свои права, действующие законы. Однако мы тоже стали «бить по рукам», и в прокуратуру заявления писали на нарушения руководства. В итоге сильно давить они не могли.

Да, кто-то испугался, но в основном люди выстояли. Еще скажу, что считаю непозволительным со стороны руководителя использовать других работников, кто не сторонник забастовки, «подогревать» их недовольство нашим профсоюзом. Ведь не все были на нашей стороне. В мой адрес были фразы, что ее надо «сжечь на костре». Конечно, образные фразы, но это произносили те люди, за права которых, в том числе, мы и боролись, за их уровень зарплаты. Хотя, чего проще, если не можете открыто выступить сами, боитесь, тогда хоть займите нейтральную позицию.

Как народ выдержал? Нужна взаимная поддержка. Мы постоянно переписывались, перезванивались, шутки отпускали… Поддерживали друг друга. Молодежи сложно было.  У кого ипотека, кто квартиру снимает, у кого мужа нет… Но наше центральное руководство профсоюза помогло. Создали забастовочный фонд. Разные люди со всей России перечисляли туда финансовую помощь. Это небольшие деньги, кто сколько мог помочь, от 100 рублей и выше. Хотя были и крупные взносы. Как деньги поступали, мы сразу раздавали, несколько раз, в итоге по несколько тысяч рублей на человека вышло. Это конечно, совершенно не компенсировало денежные потери работников во время забастовки, потеряли за это время они больше, но хоть что-то. Да и просто это пример солидарности, когда чувствуешь, что мы не одиноки…

 — А вот такой интересный вопрос: Вам помогал ваш профсоюз, «Действие», который входит в альтернативное профсоюзное объединение, Конфедерацию труда России. А какова была позиция «старых» профсоюзов, того же Объединения организаций профсоюзов в Карелии, что входит в ФНПР?

— Если вспомнить всю историю, то когда все началось год назад, когда мы судились, отстаивая свои права, и в суды приходила тогдашний руководитель профсоюза работников здравоохранения, она фактически защищала не нас, а работодателей. В этом весь ФНПР. Поэтому люди из него выходят. И мы именно после этих судов решили создать ячейку профсоюза «Действие».

Я покажу обращение. Как только мы заявили про забастовку, буквально на следующий день член профсоюза ФНПР Михаил Цаплин, который совсем недавно стал их лидером вместо Ирины Смирновой, написал письмо, осуждающее нас. Хотя он был таким же фельдшером, и мы пошли на забастовку в защиту и его прав. Это обращение подписали в основном врачи, которые не участвовали в забастовке и не поддерживали нас.

Они нас осуждают, хотя две профсоюзные организации могут и должны объединяться и быть большой силой. Но у нас разные взгляды, руководство ФНПР на стороне работодателя, хотя так не должно быть. Поэтому люди от них уходят, и мы принимаем к себе в профсоюз тех, кто хочет бороться за свои права. Чтобы и от нас зависело принятие коллективного договора, его условия.

Надо поверить в свои силы. Когда мы начинали, нам заявляли, что мол, с кем вы надумали тягаться? С самим Хейфецем? Вы ничего не добьетесь, вас всех уволят! Но «маленькая кучка саботажников», как нас называли, уже многое сделала, позитивные изменения налицо. И этого благодаря именно нашей забастовке.