Как в богоугодном заведении о Боге забыли

0
1720
Петрозаводский госпиталь для ветеранов. Фото: Татьяна Смирнова
Петрозаводский госпиталь для ветеранов. Фото: Татьяна Смирнова

Нехорошие разговоры о злоупотреблениях время от времени ходили вокруг петрозаводского дома-интерната для ветеранов, куда направляют достойно доживать свой век престарелых людей. Два года назад в учреждении в очередной раз сменилось начальство, и словно круги от брошенного в воду камня стали расходиться новые слухи. Скорей всего, никто бы не обратил на них внимания, если бы ни один набирающий силу скандал: руководство дома-интерната решило сократить должность являющегося инвалидом социального работника, который молчать не захотел и обратился к уполномоченному по правам человека в Карелии Александру Шарапову.

Надеюсь, история Дениса Федорова, которого сызмальства жизнь не баловала, поможет кому-то иначе посмотреть на свое вполне благополучное – по меркам человека с ограниченными возможностями – существование. Вырос он в деревне Кумса, которая затерялась в лесах Медвежьегорского района и стяжала негласную славу «деревни колдунов». Диагноз сына – детский церебральный паралич – поверг родителей в шок. Семья жила трудно, об этом Денис вспоминать не любит, но восьмилетку он закончил нормально, обнаружив склонность к точным наукам, и уже к семнадцати годам отделился от матери (отец погиб раньше), чтобы не переживать за происходящее в родном доме. Волноваться ему противопоказано, для здоровья требуется ровная стабильная обстановка, только откуда ей было взяться.

– Одноклассники разъехались в разные города продолжать учебу, а я поселился в одном из пустующих домишек и стал зарабатывать на жизнь, – рассказывает Денис. – Работы в деревне никакой, но мне повезло: местный предприниматель предложил вязать веники. И я таскал из леса прутья, а потом с утра до ночи мастерил орудия труда дворников. На первые заработанные деньги осуществил свою заветную мечту – купил телевизор «Юность», маленький, черно-белый. Специально поехал за ним в Петрозаводск, вез в общем вагоне, оберегая от повреждений. А потом все же решился и написал главе Карелии Сергею Катанандову, что хочу учиться, но обстоятельства не позволяют выехать из Кумсы в Петрозаводск. На счастье мне помогли именно чиновники, тогда, как мне кажется, они умели сострадать и работали для людей.

Денис Федоров. Фото: Татьяна Смирнова
Денис Федоров. Фото: Татьяна Смирнова

Первый человек, о котором Денис Федоров вспоминает с благодарностью – это начальник отдела писем администрации главы Карелии Зоя Солянникова, сумевшая добиться устройства уже совершеннолетнего парня в школу-интернат № 21 для детей с нарушениями опорно-двигательной системы, где ему предстояло получить среднее образование. Денису даже выделили отдельную комнату. Потом была учеба в ПТУ и диплом бухгалтера-кассира, как казалось, предоставлявший отличную возможность для трудоустройства, но не получилось. В училище Денис женился, у супругов родилась здоровая девочка, и они уехали на родину – в Медвежьегорск, где снова навалились беды. Работу по профессии в маленьком городке найти не удалось, выбора не оставалось, пришлось наниматься в дворники. Каково это с диагнозом ДЦП ворочать лопатой снег – знают только «посвященные». По утрам руки не слушались Дениса, но он вставал и шел на работу, считая дни: сколько протянет. Эксперимент закончился плохо, начались проблемы и со здоровьем, и в семье… Решение вернуться в Петрозаводск, чтобы обеспечивать дочь, было осознанным. И вновь ему повезло, на этот раз Денис вспомнил о помогавшем ему в период учебы в ПТУ замминистра труда Гиви Карапетове, позвонил ему, а тот проникся историей молодого инвалида, и вскоре через службу занятости Денис был оформлен в дом-интернат для ветеранов на должность социального работника.

– Новая работа мне сразу пришлась по душе, быстро установил контакт с ветеранами, у каждого из которых невероятная судьба, хоть книги пиши, – вспоминает Денис. – В мои обязанности входило обеспечивать проживающих лекарствами по их поручениям, оформлять различные документы – страховые полисы, а также, увы, посмертные бумаги. Работы хватало. Еще раз крупно повезло в 2015 году: в рамках республиканской программы «Доступная среда» для меня специально оборудовали рабочее место с компьютерной техникой, которое обошлось бюджету более чем в 60 тысяч рублей.

И все бы хорошо, но в том же 2015 году в интернате сменилось руководство, почему-то невзлюбившее социального работника – инвалида. Как написал Денис в своем обращении в адрес уполномоченного по правам человека Александра Шарапова, начальство стало принуждать его к увольнению по собственному желанию, в том числе вынося выговоры. Первый выговор был объявлен 6 сентября на основании служебной записки замдиректора по социальной работе Окуневой (которая, как говорят, является дочерью супруги директора интерната Каширина) за то, что подчиненный не подписал приказ начальства о перераспределении служебных обязанностей – с Дениса снималось обеспечение проживающих лекарствами и вменялись сложные при его диагнозе работы по сопровождению ветеранов, в том числе – на прогулки. Ожидать такой жестокости от руководства богоугодного заведения Денис не мог, но следующий шаг начальницы и вовсе вывел его из равновесия, снова пошатнулось здоровье.

Воспользовавшись его отпуском и фальсифицировав факты (это указано в заявлении Шарапову), руководство провело служебную проверку и «уличило» Дениса в присвоении средств проживающих. Так 15 сентября появился второй выговор. Социального работника обвинили в том, что он не возвращал ветеранам копеечную сдачу за купленные для них лекарства еще, вдумайтесь, в декабре 2016 года. Опрошенные ветераны, однако, в один голос благодарят Дениса и уверяют, что сдачу он всегда возвращал в соответствии с чеками, а про то, что было почти год назад, вообще мало кто помнил, но претензий люди точно не имели. На этот счет в аппарате уполномоченного имеется множество подписей проживающих.

Вероятно, руководство интерната не учло, что социальный работник имеет финансовое образование (у Дениса за плечами три курса экономического факультета ПетрГУ) и хорошо изучил практику прохождения денежных средств ветеранов, проживающих в интернате, на основании чего он сам начал выводить начальство на чистую воду. Сегодня заявления Дениса Федорова находятся на рассмотрении в республиканской прокуратуре, которая в ближайшее время, насколько известно, займется проверкой. Но на некоторых моментах возможных финансовых нарушений хочется остановиться уже сейчас.

Руководство госпиталя для ветеранов решило избавиться от инвалида? Фото: Татьяна Смирнова
Руководство госпиталя для ветеранов решило избавиться от инвалида. Фото: Татьяна Смирнова

По сложившейся в доме-интернате практике, наличные средства проживающих перечисляются не на индивидуальный счет в Сбербанке, а на общий, открытый при казначействе Республики Карелия. Ежемесячно в день выдачи пенсий у проживающих принимаются деньги для перечисления на данный депозит. Так как пенсии у многих ветеранов большие, даже после отчислений за проживание остаток получается приличный. В итоге на руках у ветеранов могут оказаться не маленькие суммы, складывающиеся из разных источников, которые они сами в силу своего состояния не всегда способны проконтролировать.

Как сообщил в своем обращении Денис Федоров, при прежнем руководстве все операции, связанные с выдачей наличных денег проживающим осуществлялись комиссией из трех человек. При новом директоре выдача денежных средств и составление сопутствующей документации осуществляется одним человеком, специалистом по социальной работе, что само по себе может показаться странным и стать причиной для нарушений.
В последнее время уже при новом руководстве из-за экономии средств (хотя проживание оплачивают сами ветераны), по информации Дениса, в доме-интернате участились случаи госпитализации и летального исхода. Одна их причин: учреждение отказалось от лицензии на уколы, был закрыт процедурный кабинет. «Большинство ветеранов имеют целый ряд тяжелых хронических заболеваний, и возможность получать курсовое лечение на месте была бы для них благом и спасением. Сегодня упор сделан на прием таблеток, но в ряде случаев они не эффективны и не могут заменить инъекции, поэтому люди часто чувствуют недомогание, нарастает ухудшение здоровья, и в итоге их госпитализируют в тяжелом состоянии», – сказано в обращении к Александру Шарапову.

Мне удалось лично пообщаться с ветеранами, которые не первый год живут доме-интернате и могут оценить перемены последних двух лет. Люди недовольны, что с переводом Дениса на другой участок работы им все сложней добиться нужного лекарства – социальные работники, между которыми поделили это направление работы, не справляются, порядка не стало. Все в один голос ругают питание: пока в учреждении был свой пищеблок – в столовой кушали с удовольствием и проживающие, и работники.

Новый директор кухню закрыл, перевел услугу на аутсорсинг и вот уже два года как привозная еда не лезет ветеранам в горло. В прошлом медицинский работник ветеран войны Нина Васильевна Цветкова, которая перед выходом на пенсию работала диетсестрой, в свои 95 лет имеет светлую память, и уже пять лет живя в доме-интернате не понимает, как можно «обманывать бабушек». Как можно Бога забыть? Раньше, по ее словам, питание было намного качественней и полноценней. Живущие в других комнатах ветераны жаловались на однообразие: каши, творожную запеканку и ужасные котлеты, в которых вместо мяса кислый хлеб и которые они уже не едят. Рассказывали о своих претензиях и стыдили поваров: нашли, кого обижать – ветеранов!

Нина Васильевна Цветкова. Фото: Татьяна Смирнова
Нина Васильевна Цветкова. Фото: Татьяна Смирнова

Кампания по изгнанию Дениса Федорова из дома-интерната на мрачном фоне происходящего в учреждении, выглядит не просто бесчеловечной, а убийственной. Руководство не может не понимать, что, оказавшись на улице, инвалид останется без средств для оплаты жилья (снимаемая им в общежитии комната обходится больше 6 тысяч рублей в месяц), не сможет помогать своей дочери-подростку, не на что ему будет купить еду. Сегодня зарплата Дениса равна 18 тысячам рублей – это и так не густо.

Но администрация словно потеряла остатки самоконтроля. Не иначе как в отместку за жалобы, 10 октября директор издал уведомление «о прекращении трудового договора в связи с сокращением штата работников организации» – 25 декабря с Денисом Федоровым прекращаются трудовые отношения, его должность ликвидируется. Но днем раньше тем же Кашириным был издан приказ о внесении изменений в штатное расписание, которым из него выводится должность «социальный работник» и вводится должность «специалист по социальной работе». Как говорится, без комментариев.

2 ноября в Общественной палате Карелии состоялось заседание «круглого стола» с пафосным названием «Мир открытый для всех», в ходе которого чиновники и общественники обсуждали, в том числе, реализацию государственной программы «Доступная среда в Республике Карелия на 2016-2020 годы». Из бюджета выделяется более 220 миллионов рублей, значительная часть которых пойдет на квотирование и обустройство рабочих мест для инвалидов. В среднем стоимость одного вновь созданного рабочего места обходится государству (то есть нам – налогоплательщикам) в 100 тысяч рублей. На мой вопрос к чиновникам минсоцзащиты, как долго сохраняется работодателем созданное за госсчет рабочее место, был ответ: сохраняется постоянно. Даже если один инвалид с этого места увольняется – на него принимается другой человек с ограниченными возможностями.

На заседании "круглого стола". Фото: Татьяна Смирнова
На заседании «круглого стола». Фото: Татьяна Смирнова

Знают ли об этом в правительстве Карелии? Вероятно, знают, но интерпретируют на свое усмотрение, как говорится, по обстановке. Ведь именно министром Ольгой Соколовой был подписан документ, который продублировал и подписал заместитель главы Карелии по региональной политике Владимир Любарский в ответ на обращение Дениса Федорова о предстоящем его увольнении вопреки его воле. Витиеватым бюрократическим стилем Любарский сообщает, что в рамках плана мероприятий – «дорожной карты» (излюбленно словосочетание нынешних чиновников) по повышению эффективности и качества услуг в сфере социального обслуживания населения Республики Карелия проводится анализ деятельности в том числе дома-интерната для инвалидов. И далее – шедевр: «Результаты данного анализа будут использованы для планирования к реализации в 2018 году оптимизационных мероприятий».

Выходит, оптимизация опять всему виной? Инвалид в нее не вписывается? Хотя, нет, погодите. В завершение Любарский обнадеживает Дениса, что «администрация дома-интерната примет все необходимые меры» в части соблюдения трудового законодательства и предложит инвалиду имеющиеся в учреждении вакантные должности. Далее, как издевательство: «буфетчик, санитар по сопровождению, уборщик служебных помещений» – это должности, на которых Денис физически работать не может.

Беседуя с Денисом, я осмелилась спросить у него: как это – ощущать себя инвалидом? Хотелось понять, что не дано почувствовать здоровому человеку (тому же высокопоставленному чиновнику из правительства Карелии, подмахнувшему ответ), и пример последовал убедительный. «Однажды к моему домику в Кумсе подвели новые электрические провода, оставалось только закрепить их клеммами на фасаде. Но мастер ушел, видимо, рассчитывая, что я доделаю работу сам. Но все попытки оказались безуспешными, бросил. На другой день вызвал электрика и он с обидой в голосе принялся меня упрекать, дескать, тут дел-то – проще простого, а сам полез наверх. Когда провода были у него в руках, я стал аккуратно портяхивать лестницу. Мастеру это не понравилось, но он все понял…», – такой урок невозможно забыть. Неплохо бы такие уроки гуманизма преподать чиновникам карельского правительства, которые гордятся своим физическим здоровьем и с легкостью пренебрегают интересами отдельно взятого человека с инвалидностью.

Кстати сказать, в нашей республике на сегодняшний день каждый десятый житель имеет инвалидность. В трудоспособном возрасте около 15 тысяч людей с ограниченными возможностями, но работает из них только 2530 человек или мизерные 17,3 процента. С этой информацией уполномоченный по правам человека в Карелии Александр Шарапов в декабре поедет в Москву на совещание с коллегами, которое будет проводить УПЧ при президенте РФ Татьяна Москалькова. Среди негативных примеров отношения государства к инвалидам будет история Дениса Федорова – энергичного, целеустремленного и грамотного человека, кстати, отлично пишущего стихи, которому не повезло родиться в современной России и с диагнозом детский церебральный паралич.

И напоследок — маленькое отступление. Одним из самых ярких в истории Соединенных Штатов Америки был любимый народом Франклин Рузвельт. Он единственный в истории США четырежды избирался на эту высокую должность, хотя, идя на свои первые выборы, был парализован и не расставался с инвалидным креслом до конца своей жизни. С тех пор в этой стране ценят инвалидов, ведь любой из нас может тоже оказаться в их рядах…