Дискуссия в Петросовете и синдром Греты Тунберг

275
Заседание Петрозаводского городского совета. Фото с официального сайта Петросовета

Вчера на сессии Петрозаводского городского Совета был рассмотрен вопрос о внесении изменений в зоны Генплана с целью ускоренного формирования земельного участка под строительство новой амбулатории в Соломенном. Без соблюдения этого условия земельный участок мог быть сформирован со значительным опозданием и заложенные на строительство новой амбулатории средства могли уйти обратно в федеральный бюджет.

Однако яблочник Дмитрий Рыбаков предложил отправить вопрос на доработку, объяснив свое предложение тем, что неправильно в зоне рекреации строить медицинское учреждение.

Дмитрий Рыбаков

Депутаты от Соломенного Сергей Ильин («Единая Россия») и Александр Калько (КПРФ) выступили категорически против подобной инициативы, поскольку доработка, предложенная депутатом Рыбаковым, заняла бы много времени, которого просто нет. Ведь вопрос размещения новой амбулатории неоднократно обсуждался жителями, представителями поликлиники № 3, комитетом градостроительства и землепользования, Минздравом и Минстроем Карелии.

Кроме того, Александр Калько заверил Дмитрия Рыбакова, что будет найден аналогичный участок на замену, чтобы компенсировать утрачиваемую зелёную зону.

Предложение Дмитрия Рыбакова не прошло. А дискуссия из зала Петросовета переместилась в социальные сети, прежде всего в паблик территориального общественного самоуправления Соломенного.

Жители этого микрорайона оказались не в восторге от «яблочных» инициатив. Из комментариев:

«Дмитрий, а вас не беспокоит проблема береговой зоны, на которой вместо ИЖС появляются многоквартирки? (Незаметная помощь бизнесу). А здесь 5000 жителей без достойной медицинской помощи, к этому числу могли бы приписаться жители Заозерья. Мы находимся в пограничной ситуации: либо строительство, либо закрытие филиала из-за аварийности здания. И ведь не просто так вынесли этот наболевший вопрос на сессию? Поверьте, данный участок далёк от рекреационной зоны, как таковой… Наверное, вам надо было доехать до нас и посмотреть, чтобы не нагнетать обстановку. Слава Богу, что все разрешилось в нашу пользу».

Активист ТОСа «Соломенное» Рустам Кадиров прокомментировал дискуссию так:

«Какая зелёная зона? Там фундамент старый уже 20 лет и алкаши сидят каждое лето, срач разводят. Депутат от «Яблока» вообще там был? …Рыбакова не деревья депутатом избрали, а люди. А так как он избрался по спискам, то значит, его избрали в том числе избиратели Соломенного, поэтому если уж взялся за вопрос, то надо его всесторонне изучать. Мне его мелочная оппозиционность начинает надоедать. Пусть идёт песком займётся на Сулажгорском скотомогильнике или бывшими площадками ОТЗ, но никак не никому ненужной зелёной зоной со старым бетоном, кучей мусора и болотом».

Сам Дмитрий Рыбаков утверждает, что он вовсе не против строительства новой амбулатории, и лишь предлагал выделить другой участок под зону рекреации:

«И никто не захотел узнать, как всё было на самом деле. Речь шла о поправке по компенсации выделенного земельного участка 1,4 га рекреационной зоны (генплан) и природно-рекреационной зоны (Правила землепользования и застройки) в самом Соломенном. Должна быть выделена в Правилах землепользования и застройки и в Генплане. А теперь попробуйте решить этот вопрос отдельно от принятого решения!»

Впрочем, это не уберегло депутата Рыбакова от обвинений в том, что фракция «Яблока» пыталась вставить палки в колеса строительству столь нужной для жителей микрорайона Соломенное амбулатории.

В целом эта маленькая конфликтная ситуация заставляет задуматься о полезности абстрактных экологических лозунгов как таковых, если они выдвигаются без учета конкретной ситуации. Ведь доведенный до предела и фанатичный «экологизм» тоже может нарушать права и интересы большинства населения. Подобных примеров тоже хватает.

С другой стороны, эта дискуссия показывает, что в отличие от предыдущего состава Петросовета, где все фракции, от «Единой России» до КПРФ, молча поддерживали исполнительную власть, нынешний городской представительный орган все-таки может стать местом для публичных дискуссий. И это не может не радовать.