«Свистать всех наверх» у общественных советов не получается?

0
1181
Бессменные руководители Общественной палаты Карелии Наталья Вавилова и Александр Титов (на снимке в центре). Фото: Любовь Кулакова
Бессменные руководители Общественной палаты Карелии Наталья Вавилова и Александр Титов (на снимке в центре). Фото: Любовь Кулакова

Знаете ли вы, что три года назад Госдумой был принят, а президентом России Путиным подписан очень важный закон? Его название – просто песня для граждан, которые пытаются бороться за неукоснительное исполнение правовых норм, защищая интересы других людей или собственные гражданские права и свободы. Это закон «Об основах общественного контроля в Российской Федерации». Главными субъектами этого правового акта, то есть действующей стороной, являются общественные палаты – российская и региональные, а также общественные советы при органах исполнительной власти – федеральных, региональных и муниципальных. Полномочия у этих общественных структур широкие и позволяющие если не навести порядок в различных сферах жизни, то стать своего рода «чистилищем» для зарвавшихся чиновников.

21 ноября на пленарном заседании Общественной палаты Карелии говорили о перспективах деятельности общественных советов при органах исполнительной власти нашего региона – на основе анализа их работы, подготовленного Петрозаводским университетом по результатам мониторинга информационных ресурсов. Затем выступили руководители общественных советов ряда карельских министерств. И картина предстала удручающая.

Выступает Елена Черенкова. Фото: Татьяна Смирнова
Выступает Елена Черненкова. Фото: Татьяна Смирнова

– Вопрос деятельности общественных советов и их перезагрузки является актуальным, – начала свое выступление эксперт, доцент кафедры зарубежной истории, политологии и международных отношений Елена Черненкова. По словам аналитика, оперирующего профессиональными конструкциями, порой не очень понятными участниками заседания, общественные советы должны стать той площадкой, где встречаются конфликтные интересы и где принимаются взвешенные решения с учетом противоречивых мнений. Новация последнего времени: не мнение большинства нужно учитывать, а учитывать и принимать решение, которое устроит всех. Задача общественных советов – собирать общественное мнение, аккумулировать и транслировать его власти. Что происходит на деле – отражается в статистике.

В восьми общественных советах федеральных органов власти, работающих на территории Карелии, только 40 процентов членов являются представителями общественных организаций и треть из них – религиозных (вообще в структуре общественных организаций республики значительная доля – конфессиональные), которые могут доносить до власти реальные проблемы граждан. Из 243 членов 15 общественных советов, созданных при органах республиканской власти, около половины – представители НКО и только один (!) представитель СМИ. Быть может, поэтому жители Карелии и знать не знают о существовании структур, которые наделены правом общественного контроля за тем, как власть выполняет свои функции? Возможно, это власти не надо. Не потому ли и формирование общественных советов зачастую происходит «подковерно», по принципу «позовем своих», и в советах крутятся фамилии одних и тех же и те же «общественников»?

Все вышесказанное подтверждается «рейтингом информационной открытости» общественных советов Российской Федерации», где Республика Карелия набрав 5,6 процента находится на 55 месте, значительно уступая своим соседям по Северо-Западному федеральному округу – Мурманской и Новгородской областям и далеко отстав от лидера списка – Ростовской области с ее 88 процентами узнаваемости населением.
Руководители общественных советов карельских министерств, а это бывшие чиновники регионального правительства (тоже странная тенденция) Галина Разбивная, Евгений Шорохов, Николай Гехт в своих выступлениях начальство не подвели. Бывшая министр образования, а сейчас руководитель общественного совета этого ведомства Галина Разбивная с боевым задором заявила, что пора привлекать в советы молодежь, но сама, как стало понятно, бразды правления отпускать не собирается, в чем уведомила «Черную смородину» (видимо, ошибочно назвав так сайт «Черника»).

Возмущение присутствовавших на заседании общественников вызвало заявление Разбивной о том, что решение власти об объединении 21 и 22 интернатов в Петрозаводске она считает правильным. Борьба родителей за право детей-инвалидов получать полноценные услуги в этих двух разноплановых учреждениях окончилась неудачей, оптимизаторы в лице министерства образования РК одержали победу. Причем один из интернатов освобождался под предлогом необходимости проведения капитального ремонта, дескать, могут пострадать дети. Однако в здании уже действует детский технопарк «Сампо», капремонта в нем не делали. А дети с нарушениями слуха уехали в свои районы, где не получают полноценной помощи и необходимого обучения. Общественный совет Минобразования Карелии под руководством бывшего министра Разбивной, не сумевший занять гражданскую позицию и убедить власть в ошибочности ее решения, тем самым дискредитировал себя – считают сегодня противники слияния интернатов.

На заседании Общественной палаты Карелии. Фото: Татьяна Смирнова
На заседании Общественной палаты Карелии. Фото: Татьяна Смирнова

Аплодисменты звучали на заседании только один раз. Их «сорвала» председатель КРОО «Заонежье» Валентина Сукотова, которая поинтересовалась, куда смотрели общественные советы республиканских ведомств, когда в селе Великая Губа «оптимизировали» школу, и родители выступали против нарушения закона «Об образовании», а потом по решению власти они вдруг попали в разряд экстремистов, подрывающих основы политического строя, или когда на фермах Медвежьегорского молокозавода от бескормицы вымирало элитное стадо, а общественники призывали власть организовать сенокос на полях предприятия – в итоге траву так никто и не выкосил, 750 элитных коров погибло.

– Общественным советам в таких ситуациях надо кричать: «Свистать всех наверх!», а у нас тишь да гладь, – звонким голосом завершила свое выступление общественница.

Руководитель комиссии по вопросам гражданского общества ОП Карелии Елена Пальцева в своем выступлении, можно сказать, подвела базу под стоящую перед Общественной палатой задачу осуществления общественного контроля, который пока не принял должных масштабов и не отвечает повестке дня по развитию гражданского общества, которая ставится перед общественными палатами в России.

– Нам предстоит наладить взаимодействие руководства органов исполнительной власти и общественных советов, сделать это сотрудничество взаимовыгодным, – начала Елена Пальцева. – Поэтому надо переходить от бюрократии к реальной эффективной работе. У власти должно измениться отношение к общественным советам, их повестку должны предлагать не чиновники, а общество.

По ее мнению, сегодня дистанция между представителями власти и гражданским обществом слишком велика: чиновники часто боятся взаимодействовать с активистами, с НКО. Примеры тому: Сунский бор, объединение 21 и 22 коррекционных школ Петрозаводска, попытка закрытия 26 маршрута, история с Левашовским бульваром, которые показывают, что граждане не могут влиять на решения власти, а публичные слушания часто проходят с участием приглашенных заинтересованных лиц.

– Сейчас мы много говорим о развитии гражданского общества. Но порой возникает ощущение, что делается это в том числе и для того, чтобы смягчить переход от демократического режима (де-юре, по Конституции) к авторитарному режиму (де-факто), – подчеркнула член Общественной палаты. – Элементы правового, демократического государства все активнее вымываются из нашей реальности: мы сегодня не можем говорить о независимой судебной системе, о реальной партийной конкурентоспособности, о честном участии населения в выборах. Чтобы сбалансировать уход этих ценностей, властью активно поддерживается тема развития гражданского общества. Его представители входят в общественные советы, в Совет при Главе Республики Карелия по правам человека, но многие из них в этих советах выполняют роль статистов, не участвуют в формировании повестки дня, не имеют возможности поднимать важные и злободневные вопросы. Тут происходит взаимовыгодное «сотрудничество». Власть отчитывается о составах общественных советов с участием НКО, а эти НКО впоследствии получают преференции от власти (гранты, помещение и т.д.).

Болезненным ударом по гражданскому обществу стал закон об иностранных агентах. Многие НКО получают иностранное финансирование на свою просветительскую, образовательную деятельность (в чем я не вижу ничего дурного). Но, поднимая политические вопросы в рамках общественных советов, представители НКО опасаются попасть под раздачу, поскольку им могут «пришить» политическую деятельность и причислить к организациям, выполняющим функции инагента. Со всеми вытекающими последствиями. И винить в этом НКО мы не можем. Своя рубашка ближе к телу. Они таким образом лишь приспосабливаются к существующим правилам игры, которое государство им диктует. Поэтому сегодня есть регионы, где просто не осталось правозащитных некоммерческих организаций. В первую очередь пострадали как раз правозащитные, во вторую – экологические, в третью – научные и социологические центры. Закон выжигает сильные организации, которые работали на профессиональной основе. Самое печальное тут то, что государство это все понимает, но менять ничего не намерено. И свежий закон о СМИ как инагентах – тому подтверждение.

Предложив внести в российское законодательство поправку, в которой прописать, что деятельность НКО и общественных советов не будет рассматриваться как политическая, Елена Пальцева столкнулась со странной реакцией секретаря Общественной палаты Натальи Вавиловой, которая предложила отдельно проработать этот вопрос, подчеркнув, что Общественная палата России создала рабочую группу по закону об инагентах. Однако, в чем суть поправок и есть ли среди них эта инициатива, уточнено не было. Из высказывания секретаря палаты можно было понять, что не наше это дело, лучше было бы заниматься полезным и важным: семинарами с представителями НКО по вопросам получения президентских грантов…

Уйти от реальных проблем общества и действенного общественного контроля у Общественной палаты все равно не получится. Иначе ее также ждет роль статиста. Один тревожный звонок уже прозвучал: глава Карелии Парфенчиков, не дожидаясь решения дискуссионного клуба Общественной палаты Карелии, внес в Законодательное собрание РК кандидатуру на должность детского омбудсмена, а впоследствии с уверенностью заявлял, что кандидат был поддержан ОП РК. Возражать первому лицу никто не посмел…
Из правительства Карелии на пленарном заседании Общественной палаты Карелии присутствовала только министр социальной защиты Ольга Соколова. Артур Парфенчиков еще ни разу не встречался с Общественной палатой…

И это, пожалуй, все о состоянии общественного контроля и взаимодействии власти и общества в Карелии.