Андрей Цунский

Андрей Цунский

Журналист, писатель, переводчик. Автор четырех книг и сборника рассказов. Преподавал в Высшей школе экономики, доцент, автор двух курсов для кафедры публичной политики Факультета прикладной политологии.

Встречаю на улице знакомого (пишущего, как теперь говорят про журналистов). Как, говорит, дела? Да вот, отвечаю, неважно. Интересную поездку предлагают после выхода книги в печать, а по нынешним временам ехать дороговато.

Знакомый посмотрел на меня с подозрением. Будто через глаза всю правду пытался вытянуть (у него это профессиональное, он не только журналист, но мы оба притворяемся, что я этого не знаю). «И ты на выборах не нашел где заработать?!» – вдруг вскри.. нет – заор… нет. Он возопил! Так кричит мама, которая узнает, что сын вместо виолончели записался на самбо, или, в нашем случае, скорее наоборот. В этом звуке была жалость, презрение, ужас, смех и матерщина одновременно.

– Да вот так получилось, – говорю. Так вышло, что те, кто мне нравится, и за кого я голосовать пойду – у них нет возможностей много платить. Не могут они: обойти полугоспредприятия и, «объяснив ситуацию», провести культурную денежную операцию; прийти к малому бизнесу и отжать у него последние деньги (не заметили, как ужался этот самый бизнес, а?); получить специальный транш из Москвы; дополнительные средства от местных потаенных богатеньких; у них нет возможности засадить человека в тюрьму и, взяв с него залог в четверть миллиона долларов, самого не выпустить, а деньги не вернуть; вертеть весами Фимки (так они Фемиду называют, сам слышал!), чтобы держать в тюрьме неугодных.

– Да знаю, знаю, у нас и не такое бывает! Но зачем только одним соседям дрова рубить? Ты пиши своим – хорошо, даже отлично – пиши. Но ты же профессионал, и другим тебе никто писать тоже не запрещает! Это же работа твоя: тебе платят, ты делаешь. Продавец всем колбасу продает. Четырем партиям писучих не хватает, двум местным френчикам…

– Кому?

– Да мы так олигархов называем – «олигофренчики». Но они платят. Писучки всем нужны. Так все для всех и чирикают. Особенно – кто к пенсии поближе. Один мне по секрету даже такое сказал! Ух, ты! «Я, – это он говорит, – смотрю пиарщице одного своего «кандюди» в глаза, с ним даже лично встречался, пишу, какой он прекрасный, честный, добрый и искренний! А вечерком прихожу домой и про него же пишу, как он берет взятки, ворует, хапает, что про людей говорит – разоблачаю его по полной программе! Прямо агентом 007 себя чувствую!»

– Ты меня тоже таким считаешь? – спросил я.

– Ой, …дь, я и забыл. Ты же из принципиальных. Считаешь, что этим свинорожим демократия нужна. Ну что – не, я уважаю, ты не думай. Но, во-первых, довыкобениваешься, а во-вторых, соси тогда…леденец!

Сел он в новую машину и уехал.

Позвонил я, объятый сомнениями, другому знакомому. Поделился услышанным и чуть трубку не уронил: «Так почти все так! Пенсии копеечные, вот и строчим-..очим! На тех, на других!»

– На тех и на других, – говорю, – доносы строчат.

– Ну, есть такие, что не брезгуют. И много. Но я-то человек порядочный.

– Уверен?

– Ай, да брось ты! Сам-то тоже где-нибудь на Васю постукиваешь.

Я повесил трубку. Говорить было не о чем. Но есть о чем написать. «Свинорожие», по мнению этих господ, это вы, дорогие читатели. Даже если нужна вам демократия или нет – второй вопрос.

Очень старался никого не выдать – все ж знакомые, хоть и гадкие. Но город маленький, и если по словечку или еще как узнают кого – уж не обижайтесь. А ты читатель, знай – на тебя обрушилась банда врунов-многостаночников, а как их распознать – это мы напишем отдельно.