По данным Федеральной налоговой службы, численность работников Корпорации развития Карелии за 2020 год равнялась нулю. 

АО “Корпорация развития Республики Карелия”  была создана 10 лет назад карельским правительством для работы с инвесторами. В уставный капитал госпредприятия были вложены десятки миллионов бюджетных средств. Единственным же результатом деятельности корпорации можно назвать лишь создание нескольких обществ с ограниченной ответственностью. Среди них — скандально известное ООО “Автоспецтранс” и разоряющееся ООО “Карелэнергоресурс”. А в прошлом году, по данным ФНС, в госкомпании не числился ни один работник, при том, что налоги платились стабильно. Законно ли это?

За разъяснениями “Черника” обратилась к корпоративному юристу Олегу Трофимову.

По закону органы власти не могут сами регистрировать общества с ограниченной ответственностью, утверждает юрист. А акционерные общества, коим является корпорация, могут. “Корпорация была создана для того, чтобы учреждать ООО-шки от имени Республики Карелия. И мы видим, что корпорация является учредителям девяти ООО-шек. Самые известные — “Автоспецтранс”, банкрот “Карелэнергоресурс”, “Карелия-Арена”, “Аэровокзал “Карелия”, Управляющая компания индустриальным парком ПЕТРОЗАВОДСК-СИТИ.

Общество с ограниченной ответственностью подчиняется, например, закону о госзакупках, но при этом закон о приватизации на ООО уже не распространяется. И корпорации по идее не надо проводить торгов, чтобы продать ООО. А продать его можно кому угодно”.

То, что корпорация не могла приносить коммерческую прибыль, было ясно изначально, говорит Олег Трофимов. В целом по России корпорации развития создавались с целью получения обеспечения под инвестиционные проекты. Карельская корпорация этим практически не занималась. “Она только поручалась за “Карелэнергоресурс” и “Автоспецтранс”. Ей была передана функция Минэкономразвития — согласование по приоритетным инвестиционным проектам (это назвали модным выражением “по принципу одного окна”). Я считаю, это недопустимо. Раньше проекты согласовывались инвестиционной комиссией Минэка. Зачем эту функцию передали корпорации? Просто для вида!” — уверен эксперт.

Говоря о численности работников корпорации, Олег Трофимов отметил следующее: “По данным, которые каждое предприятие сдаёт ежегодно в налоговый орган (справка о среднесписочной численности работников), за 2020 год, в корпорации было 26 сотрудников, [в этом году] минус 26, то есть ноль. Остался только директор: это руководитель, он не учитывается. При этом на сайте информация о сотрудниках не изменилась. И люди продолжают работать и на суды ходят”.

Нулевой отчёт о численности сотрудников Олег Трофимов связывает с тем, что у корпорации закончились деньги, которые были переданы в уставный капитал. “Как бы это мощно ни звучало — Корпорация развития — [организация] никогда не получала значительного дохода, как коммерческая структура. У неё очень маленький доход — два с половиной миллиона в год. А на оплату труда тратились миллионы. Частично это субсидии, которые организация получала в том числе, как мне известно, за организацию функционирования центра “Мой бизнес”. Плюс им несколько раз увеличивали уставный капитал, который направлялся на зарплату”.

Фонд оплаты труда сотрудников корпорации — весьма увлекательная история. По информации Олега Трофимова, начальный уставный капитал организации равнялся 65 млн руб. К середине 2016 года от него практически ничего не осталось. При этом фонд оплаты труда в том году составлял 8,2 млн. Олег Трофимов указывает: размер уставного капитала сначала снизили на “съеденную” корпорацией долю, и он стал 6,5 млн, а потом увеличили до 19,4 млн.

В 2018 году на оплату труда 13 специалистов корпорации ушло 7,7 млн руб. В 2019 г. штат увеличился до 26 человек, фонд оплаты труда стал 3,8 млн. А в 2020 г. на 26 сотрудников, которые были выведены из штата в этом году, потрачено 25,9 млн. По подсчётам корпоративного юриста, за почти 10 лет своего существования Корпорация развития Карелии “съела” 77, 9 млн руб., полученных из карельского бюджета. И это ещё не всё. 

Я думаю, что увольнение людей из корпорации связано с тем, что у неё закончились деньги, — говорит Олег Трофимов. — Вопрос передачи средств из бюджета очень рискованный с учётом того, что корпорация “закрыла” 100 миллионов рублей долга “Карелэнергоресурса” перед банками — это деньги, переданные корпорации из бюджета.

Насколько мне известно, сотрудников корпорации “раскидали” по бюджетным учреждениям, которые находятся по тому же адресу, что и корпорация: ул. Гюллинга, 11, чтобы платить им зарплату напрямую из бюджета.

Передача сайта “Сделано в Карелии” третьему лицу тоже говорит о том, что у корпорации нет денег содержать его. Из материалов на сайте видно, что корпорация уже не владеет им”.

Олег Трофимов также отметил: “Сейчас самый большой риск для Корпорации развития Карелии — это если в рамках банкротства “Карелэнергоресурса” ей предъявят субсидиарную ответственность, потому что дебиторская задолженность там огромная. Я думаю, в итоге там будет около 500 миллионов. Инвентаризация имущества уже вышла: 100 миллионов — это котельные, которые по концессионному соглашению по нашему закону сейчас отойдут обратно государству безвозмездно. Но самый большой их актив — дебиторская задолженность населения в размере около 400 миллионов. Но это не взыскиваемая задолженность. Кредиторы не получат своих денег. Если корпорация, как учредитель “Карелэнергоресурса”, принимала решения, которые исполнял директор, и это привело к банкротству ООО, то суд может повесить на корпорацию субсидиарную ответственность”.

Олег Трофимов уверен: правительство будет поддерживать Корпорацию развития Карелии только потому, что она является учредителем “Автоспецтранса”.

Предыдущая статьяБунт на петросоветовском корабле?
Следующая статьяСовременный «Экотехнопарк» или очередная свалка?
В 2006 году окончила филфак ПетрГУ. В журналистике 10 лет. Начинала в частной газете "Олонецкие соседские вести" корреспондентом, затем работала редактором. Газету читатели любили, а власть побаивалась. Сейчас её очень не хватает в Олонце. С 2011 по 2019 годы работала корреспондентом районной газеты "Олония". Из-за разных взглядов с руководством района, какой должна быть журналистика, была уволена по сокращению штата. Член Союза журналистов России.