Фокин не понял, почему выступал, как свидетель обвинения

fokin
Фото: Илоны Радкевич

За те два года, что бывший депутат Законодательного собрания Карелии, бизнесмен Девлетхан Алиханов находится за решеткой, мы неоднократно слышали о допросе одного из свидетелей по его делу — бывшего спикера Петросовета Олега Фокина. Олег Николаевич тогда сам рисковал оказаться за решеткой (по другому делу), и, конечно, получить от него нужные показания по делу Алиханова, наверняка, не составляло никакого труда. Сам Девлетхан Медетханович, говоря про допрос Фокина, заявлял, что не держит на него зла, и что отец пятерых детей в тот момент просто не мог поступить иначе. И вот, наконец, стало понятно, о чем все это время шла речь — Фокин выступил в суде.

fokin
Фото: Илоны Радкевич

Олег Николаевич прибыл в суд в прекрасном расположении духа. Он сейчас живет в Санкт-Петербурге, не работает (это с его слов) и, похоже, старается забыть о Петрозаводске.

—   Я уже два года не живу в республике Карелии. Для меня это вчерашний день, — сразу заявил свидетель.

По словам Олега Николаевича, на тему приватизации сберкасс он разговаривал с Алихановым несколько раз. Первый раз эта тема даже не имела отношения к Петрозаводску: тогда он рассказал Алиханову о том, что его товарищ из Ярославля вместо Сбербанка (сам банк в силу законодательства сделать этого не мог) принял участие в открытом аукционе на покупку помещений, которые тот арендовал. В дальнейшем предприниматель просто перепродал эти помещения банку, за ту же цену.

— Это не секрет. Такая практика была по всей России. Так получилось законодательно, что Сбербанк был вынужден находить кого-либо из людей или какие-либо компании, которые выходили на аукцион и покупали помещения для его нужд, — пояснил свидетель. – Алиханов эту информацию знал (о том, что товарищ Фокина покупал сберкассы для банка, — прим. авт.) и никакого интереса не проявлял.

alixanov
Фото: Илоны Радкевич

Совершенно очевидно, что то, о чем говорит Фокин, — это способ обойти закон, который, надо полагать, придумал для себя банк. Но этот момент правоохранительные органы не интересует. Так было по всей России, и так считалось правильным. По большому счету, Алиханова судят за то, что в Петрозаводске эта схема не сработала: сберкассы на открытом аукционе были куплены частным лицом (за которым, по мнению следствия, стоял Алиханов), не продавшим их в последствие арендатору.

Второй раз, по словам Олега Фокина, разговор о приватизации помещений, арендуемых Сбербанком, возник в тот момент, когда в 2007 году они с Алихановым зашли к управляющей карельским отделением Сбербанка России Елене Палкиной.

—  Встреча ни о чем. Пятиминутная встреча, — пояснил свидетель. — Мы зашли с Девлетом. Она сама обращалась к Девлетхану Медетхановичу: объяснила ситуацию, что будет вот такая приватизация, и просила посодействовать и, может быть, поучаствовать в конкурсе для их нужд. На что Девлетхан Медетханович сказал, что это не его полномочия и не в его ведении заниматься этим вопросом. Что на конкурс выставляет все равно администрация города Петрозаводска в лице Виктора Николаевича Маслякова. А как всем достаточно известно, и мне хорошо известно, никаких отношений, ни близких… наоборот, была конфронтационная ситуация с Масляковым. И Девлет сказал: «Я этот вопрос решать не могу и не смогу». На этом все и закончилось.

fokin
Фото: Илоны Радкевич

Как-то потом, говорит Олег Фокин, Девлетхан Алиханов просил его заехать в КУМИ, и узнать, идет ли еще аукцион по продаже сберкасс. Фокин выяснил – еще идет.

Ну и последний раз тема этих помещений возникла между свидетелем и подсудимым в тот момент, когда Фокину понадобились деньги. Сберкассы к тому моменту уже были куплены (мамой Евгения Журавлева – на тот момент предпринимателя, а впоследствии — заместителя мэра города).

—  У Девлета очень много своих инвестиционных проектов, и он мне сказал, что, в принципе, сейчас возможности нет, но есть Сберкассы у Журавлева Евгения Борисовича, что я могу обратить к нему. И если мы договоримся, и я смогу продать эти Сберкассы, он поможет в организации какого-то займа под оборотные средства, — пояснил свидетель. — Я позвонил Евгению Борисовичу, спросил, насколько это возможно? Он ответил, что вполне: «Продашь, так продашь».

Но подзаработать на перепродаже этих сберкасс, говорит Фокин, ему не удалось: заказанная им оценка помещений показала, что стоят они слишком дешево, и сделка не состоялась.

Все, пояснил Олег Фокин, больше никогда и нигде вопросов этой приватизации он не касался.

— Я выступаю, как свидетель обвинения. А обвинение-то в чем? – Обратился к суду Олег Николаевич. — Вот три факта, которые были мне известны, я их и подтверждаю…

fokin
Фото: Илоны Радкевич

Защитники Алиханова говорят о том, что свидетель «переврал» даты, и та же приватизация сберкасс в Ярославле состоялась гораздо позже их приватизации в Петрозаводске. Впрочем, имеет ли это уж такое принципиальное значение? Кто бы и по каким бы причинам, ни купил эти помещения, на данный момент в суде не было представлено еще ни одного доказательства того, что сделано это было незаконно.

По словам Олега Фокина, с имуществом, арендуемым Сбербанком, была абсолютно стандартная процедура: его, с согласия Петросовета, выставили на открытый аукцион.

— Стартовая оценка определялась оценщиком. Дальше: участвуйте, кто хотите. Кто больше заплатит, того и тапочки, — пояснил свидетель.