Бренды на развалинах?

0
1015
Так выглядит павильон
Так выглядит павильон "Бесовы следки", возведенный еще при Советской власти над самой знаменитой группой беломорских петроглифов и давно закрытый для посещения туристами. Фото: Валерий Поташов

Министр культуры Карелии Алексей Лесонен порвал постновогоднюю и постканикулярную ленту республиканских новостей своими бодрыми и даже сенсационными заявлениями о большом будущем карельского туризма. Так, он заявил, что в 2016 году Карелию посетило порядка 760 тысяч туристов. При этом количество организованных туристов достигло 285 тысяч человек. Для сравнения в 2015 году в республике отдохнули 720 тысяч человек и около 240 тысяч организованных туристов. Кроме того, объем оказанных туристических услуг в 2016 году вырос на 8,3%, в сравнении с 2015 годом, оказано услуг на сумму 1,3 миллиарда рублей.

Казалось бы, нужно возрадоваться такому счастливому стечению обстоятельств и терпеливо подождать еще сто лет, пока туристическая отрасль республики начнет кормить каждого отдельного жителя республики (конечно, при условии указанного ежегодного 8-процентного роста).

Поспешил министр и указать виновников торжества туризма на карельской земле: «Те результаты, которых мы достигли, – это кропотливая работа правительства Карелии, инициатива лично главы республики Александра Худилайнена по последовательному развитию туризма в Карелии. Необходимо было решить массу вопросов по обеспечению доверия инвесторов, которые приходят в республику, и тех, кто занят в отрасли», – приводит слова министра портал «Петрозаводск говорит».

Руководство Минкультуры Карелии на брифинге в республиканском правительстве. Фото: gov.karelia.ru
Руководство Минкультуры Карелии на брифинге в республиканском правительстве. Фото: gov.karelia.ru

Ну, конечно, а разве кто-то в этом сомневался? Именно глава республики лично причастен к успеху. Вот если, например, по итогам 2017 года будет гораздо хуже, то причастен будет кто-нибудь другой, кого назначат ответственным за провал. Правда, конкретные инвесторы, «которые приходят в республику», министром культуры почему-то не названы. Да и победные реляции, на мой взгляд, мягко говоря, притянуты за уши. 40-тысячный рост числа туристов – это и по сути-то далеко не прорывной показатель, а если углубиться в изучение туристического рынка Российской Федерации, то и вовсе становится понятно, что дело тут в срабатывании совершенно других механизмов.

Во-первых, играет свою роль наполовину опущенный «железный занавес», который серьезно усложнил выезд граждан РФ на отдых за границу, например, по мотивам судебных решений о неоплаченных долгах. Вспомним, что половина экономически активного населения страны (более 40 миллионов человек) имеет задолженность по кредитам в общей сумме около триллиона рублей. И вполне объяснимо, что россияне, ранее активно выезжавшие за рубеж, все чаще вынуждены выбирать туристические поездки внутри страны.

Свою лепту во внутрироссийский туристический оборот вносят и силовики, которым выезд за границу официально перекрыт уже несколько лет назад. А ведь именно силовики  – это пока еще та бюджетная масса, которая не почувствовала на себе «бюджетный напряг». Они своевременно получают достойную зарплату, которую вынужденно тратят в стране в период отпусков и каникул, так как за границу им путь заказан.

Плакат советских времен. Все возращается?
Плакат советских времен. Все возвращается?

Во-вторых, на фоне общего обеднения населения РФ те люди, которые не могут жить без путешествий, вынуждено выбирают более бюджетные туристические маршруты. А в том, что Карелия – это, прежде всего, бюджетный туризм, и он, естественно, не сопоставим по своим затратам, например, с поездками в Сочи или на Байкал, едва ли кто будет сомневаться. В бюджетности карельского туризма можно легко убедиться, поделив сумму оказанных услуг (1,3 млрд.руб.) на количество туристов, посетивших Карелию в 2016 году (760 000). Сумма в 1710 рублей, потраченных одним, говоря чиновничьим языком, «человеко-туристом» на любование карельскими красотами – это более чем бюджетный отдых.

Ну, и в-третьих, «туристический бум» в Карелии достаточно просто вписывается в геополитическую ситуацию на Ближнем Востоке. Вполне естественно желание многих российских туристов ехать сегодня подальше от направления, приближающего их к опасной зоне военного конфликта, где все время происходят какие-то негативные события, так или иначе связанные с сирийской войной. Было бы неверно утверждать, эта война не затрагивает соседние регионы, в том числе и туристические – Турция, Египет, Израиль и даже Сочи. А турист едет ведь отдыхать, а не думать ежедневно о том, окажется ли в самолете на обратном пути бомба или нет…

Путь на популярные прежде у россиян курорты Турции и Египта для многих граждан страны теперь заказан. Фото: facebook.com
Путь на популярные прежде у россиян курорты Турции и Египта для многих граждан страны теперь заказан. Фото: facebook.com

Так что едва ли возросший туристический поток в Карелию как-то связан с беспрецедентными усилиями правительства республики на этом поприще. Срабатывают вполне естественные механизмы, связанные с конъюнктурой рынка, сложившейся на сегодняшний день.

Не менее сенсационным выглядит и высказывание министра культуры Алексея Лесонена о том, что в Карелии развивается новое направление туризма – промышленный. Заброшенные заводы и другие промышленные объекты, приспособленные под туристические нужды, имеют среди туристов особый спрос. Приводя в пример Рускеальский горно-известковый завод, построенный финнами в XIX веке, министр культуры как бы намекает туроператорам: выкупайте, ребята, заброшенную карельскую промышленную инфраструктуру, организовывайте на ней промышленный туризм и будет вам скорое счастье.

Чего-чего, а уж этого-то хлама в Карелии навалом. В любом поселке, не говоря уже о городах, найдется пара-тройка заброшенных производств, руин инфраструктуры леспромхозов, незаконченных строек, да и просто бытовых развалин. Ведь по сути, развалины – это уже визитная карточка карельской глубинки, с каждым годом приходящей во все большее и большее запустение. Но вот выстраивание туристических брендов и направлений на развалинах – это действительно «новое слово» в туристической отрасли.

Руины Ухтинской ГЭС (1927 г.) вполне могут потянуть на "туристический объект". Фото: smolensk-velo.ru
Руины Ухтинской ГЭС (1927 г.) вполне могут потянуть на «туристический объект». Фото: smolensk-velo.ru

Можно пойти еще дальше и в самой ближней перспективе показывать туристам не только развалины, но и вконец одичавшее население карельских сел, пришедших в полнейший упадок. Для этого и вкладываться ни во что не нужно, напротив, можно хорошо сэкономить. Урезать финансирование самых отдаленных районов Карелии и через пару лет будет готов новый туристический продукт под брендом «Карельские дети подземелья» или «Аборигены на руинах своих сел»…

Но это так, комическо-лирическое отступление. Говорить об успехах карельского туризма сегодня не просто рановато, но и вообще как-то неуместно. Республику раздирают коррупционные скандалы, дело доходит до открытого противостояния населения с арендаторами-охотпользователями (все в том же, распиаренном министром Сортавальском районе), идентичность самой Карелии вообще под вопросом, а правительство спешит выступить с победными реляциями и сообщает о запусках новых брендов…

Да уж… Все познается в сравнении. Годовой оборот оказанных услуг в туристической сфере Карелии (если он, конечно, соответствует действительности), который министр оценивает в 1,3 млрд. рублей – это детский лепет с годовым туроборотом соседней Финляндии, который приближается к миллиарду евро. И дело тут не только и не столько в разных весовых категориях Карелии и Финляндии, сколько в том, что «карельский туристический бум», произошедший, как утверждает правительство, в 2016 году, ничем серьезным в республике не обеспечен и полностью зависит от факторов, лежащих далеко за пределами Карелии. Существующее в республике положение дел в области туризма таково, что гарантированного роста из года в год, увы, ожидать не приходится. И со сменой рыночной конъюнктуры эти плюс восемь процентов легко могут стать минус шестнадцатью. Это также прогнозируемо, как и то, что в наступившем 2017 году кризис в стране не закончится, а перейдет в новую стадию нащупывания очередного дна падения.

Типичная картина карельской глубинки. Фото: Валерий Поташов
Типичная картина карельской глубинки. Фото: Валерий Поташов

Ведь не далее, чем во второй половине декабря 2016 года министр культуры Алексей Лесонен на встрече депутатов с представителями профсоюза работников культуры невесело констатировал факт, что в наступающем 2017 году карельской культуре экономить будет уже не на чем и отметил, что все ресурсы по оптимизации расходов отрасли уже исчерпаны. Если финансирование культуры не будет увеличиваться, в скором времени его придется прекратить вовсе, поскольку в этой сфере не останется специалистов…

Загрузка...