Один день с «сунскими партизанами»

1
926
Защитников Сунского бора уже прозвали
Защитников Сунского бора уже прозвали "сунскими партизанами". Фото: Алексей Владимиров

«Черника» внимательно следит за противостоянием защитников Сунского бора и компании «Сатурн Нордстрой», которая намерена разрабатывать карьер по добыче песчано-гравийной смеси в лесу, где жители карельской деревни Суна, в основном пенсионеры, традиционно заготавливают грибы, ягоды и лекарственные травы. Разработчики карьера начали пилить лес, в котором были обнаружены краснокнижные виды, но пожилые люди остановили рубку, встав живым щитом перед лесозаготовительной техникой. «Сатурн Нордстрой» рассчитывал разогнать пенсионеров с помощью полиции, однако правоохранители вмешиваться в конфликт не стали. Местные жители отбили уже две атаки на лес.

Сунский бор. Фото: Алексей Владимиров
Сунский бор. Фото: Алексей Владимиров

И вот накануне в редакцию опять позвонила активная защитница Сунского бора Нина Шалаева и взволнованно сообщила, что в лесу опять слышен гул лесозаготовительной техники. Корреспондент «Черники» срочно выехал в лес, где держат оборону «сунские партизаны». Так их уже окрестили федеральные журналисты.

Водитель такси, который вез меня до деревни Суна, знает о конфликте.

– Мы охотимся в этих местах. Они хотят войны? Так они ее получат, если все охотники соберутся, – распаляется молодой человек.

– Что же сейчас вам, охотникам, мешает собраться и пикетами вместе со стариками коммерсантов от ваших угодий отгонять? – спрашиваю его.

– Понимаете, на двух работах занят, времени совсем нет.

В общем, все понятно. Люди у нас покричать у себя на кухне любят, а как до дела дойдет, пенсионеры только и противостоят против чиновничьего или коммерческого беспредела. Доехали до Суны, на берегу уже ждет лодка, чтобы на тот берег, где Сунский бор находится меня перевезти. На веслах тоже пенсионерка – Галина Мушникова. Пока переезжаем на тот берег, разговариваем.

Галина Мушникова. Фото: Алексей Владимиров
Галина Мушникова. Фото: Алексей Владимиров

– Мы этих «оккупантов чубайсовских» на свою землю не пустим. Жрут, жрут свои деньги никак не нажрутся. Все вокруг загадили со своими карьерами. А бор наш, красота-то какая! Сейчас вот черника зацвела, скоро ягода пойдет, собирать да продавать будем. Как еще в деревне прожить с нашими пенсиями, летом лесом и спасаемся, – рассказывает Галина Ивановна.

– Много собираете? Хорошо покупают?

– Много не много, но хоть какое-то подспорье.

Распрощавшись с Галиной Ивановной, бегу в лес. Погода хорошая, вокруг тишина. Быстро нашел лагерь, где расположились защитники бора. Он находится как раз на границе, где коммерсанты собираются разрабатывать карьер. Правда, лагерь – это громко сказано, старая брезентовая палатка и все. А кругом все выпилено, именно в том месте, где пару недель назад специалисты из Петрозаводского государственного университета и карельской природоохранной организации «СПОК» тщательно изучали и протоколировали ценные мхи и лишайники, занесенные в Красные книги Карелии и России, и за уничтожение которых предусмотрена даже уголовная ответственность.

Весь лагерь защитников Сунского бора - одна старая палатка. Фото: Алексей Владимиров
Весь лагерь защитников Сунского бора – одна старая палатка. Фото: Алексей Владимиров

Тревога оказалась ложной, на месте вырубки работал сортиментовоз. Собирал спиленные деревья, сортировал и складывал в штабель. Водитель форвардера рассказал, что его отправило начальство навести порядок на месте валки леса. Сам он из Суоярви, там у них работы нет никакой, поэтому вынужден мотаться по вахтам, чтобы хоть как-то заработать. Правда, на сортиментовозе не было никаких регистрационных номеров, хотя ПТС (паспорт технического средства) на машину есть. Был прикреплен лишь старый финский номер. Нужны ли на эту машину номера или нет, мы не знаем, наверное, нам сможет ответить на этот вопрос ГИБДД.

Форвардер убирает спиленный лес. Фото: Алексей Владимиров
Форвардер убирает спиленный лес. Фото: Алексей Владимиров

Пенсионеры объяснили, что за день до этого к ним в лагерь на квадроцикле приезжал директор фирмы «Сатурн Нордстрой» Игорь Федотов и договаривался с другой активной защитницей Сунского бора Татьяной Ромахиной, чтобы им разрешили навести на месте вырубки порядок и вывезти лес. И чтобы пожилые люди не бросались под колеса технике.

Пенсионеры работе сортиментовоза не препятствовали. Спокойно пили чай, потом мужики, чтобы скоротать время на своем добровольном дежурстве стали снимать оплетку с медной проволоки. Поинтересовался, для чего они это делают. Ответили, что потом в цветмет сдадут. Ягоды пока не поспели, а жить как-то надо.

Спросил Нину Петровну Шалаеву, не находили ли они на спиленных деревьях краснокнижные лишайники. Она показала дерево, на котором неизвестные пытались снять Лобарию легочную, правда, одну содрали только наполовину.

Срезанная Лобария легочная. Фото: Алексей Владимиров
Срезанная Лобария легочная. Фото: Алексей Владимиров

Свое мнение по поводу уничтожения Лобарии легочной выразила ученая-лихенолог из Петрозаводского государственного университета Виктория Тарасова.

– 13 июня мы вместе с представителями природоохранной организации «СПОК» и регионального отделения Общероссийского народного фронта обследовали лесную территорию, где компания «Сатурн Нордстрой» планирует разрабатывать карьер по добыче песчано-гравийной смеси. Кроме ранее выявленных были обнаружены четыре новые точки произрастания Лобарии легочной – ценного лишайника, занесенного в Красную книгу РФ. Кроме того, нами были зафиксировали следы уничтожения краснокнижных видов, которые были выявлены ранее. Был составлен акт и передан в три государственных организации: в республиканское управление Росприроднадзора, Карельскую межрайонную природоохранную прокуратуру и в Минприроды. В акте мы указали все точки, где растут краснокнижные растения, привязанные к координатам GPS. Именно по этим точкам прошлись злоумышленники и срезали лишайники. Кому это выгодно и кто это сделал, остается только догадываться. Не хотелось бы плохо думать о госслужащих. А когда в лес пошла техника, и люди встали против предпринимателей живым щитом, у меня вообще шок был. Это не просто беспредел, это самое настоящее экологическое преступление!

Защитники Сунского бора. Фото: Алексей Владимиров
Защитники Сунского бора. Фото: Алексей Владимиров

Потом немного расспросил пенсионеров, где они работали и все ли они местные. Как оказалось, не все местные. Например, у Сергея Николаевича Якушева здесь дача, все лето проводит в Суне. Пенсионер, ветеран труда.

Другой пример – Звягинцев Юрий Иванович. Военный пенсионер, ветеран афганской войны, кавалер Ордена Красной Звезды. В Афганистане получил тяжелое ранение, пришлось выйти на пенсию. Врачи порекомендовали ему чистый воздух, вот и купил домик в Суне, где и проживает больше двадцати лет. Теперь с чиновниками и «карьерщиками» вынужден воевать за свое право на жизнь.

Глухоева Галина Ивановна, наоборот, местная. Всю жизнь проработала на Сунской птицефабрике, пенсионерка, ветеран труда. Сунский бор для нее – это молодость, воспоминания и, в общем, вся жизнь.

Про Нину Петровну Шалаеву «Черника» не раз рассказывала. За последний год к ней наведывались полицейские и спецслужбы. Обвиняли в экстремизме и чуть ли не в терроризме. Тоже пенсионерка, ветеран труда.

Сейчас пенсионеры дежурят круглые сутки, посменно. Когда уходил, спросил их, сколько смогут еще продержаться. Услышал в ответ: «У нас запасов до зимы хватит, до зимы и продержимся». А на обратном пути на соснах Сунского бора увидел свежие затесы, указывающие, что скоро и сюда придут лесозаготовители.

Свежие затесы на соснах. Фото: Алексей Владимиров
Свежие затесы на соснах. Фото: Алексей Владимиров

***

В УК РФ есть статья 259. «Уничтожение критических местообитаний для организмов, занесенных в Красную книгу Российской Федерации, повлекшее гибель популяций этих организмов» наказывается штрафом в размере от трехсот тысяч до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от двух до трех лет, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо ограничением свободы на срок до трех лет, либо принудительными работами на срок до трех лет, либо лишением свободы на тот же срок.

Однако чиновники из Минприроды Карелии и других ведомств разъясняют, что коммерсанты финансово компенсируют уничтожение краснокнижных растений и жизненно необходимого для людей леса. Хочется задать вопрос: господа чиновники, у нас и закон купить можно?

Загрузка...