Мнение главного редактора «Черники» Алексея Владимирова
В карельской власти за неполные две недели произошли две заметные перемены. Сначала кресло председателя Законодательного собрания после десяти лет работы освободил Элиссан Шандалович. Затем ушёл главный федеральный инспектор Иван Сивин, проработавший в республике почти тринадцать лет. Одновременно Лариса Подсадник возглавила парламент, Илья Раковский сохранил пост заместителя председателя, а Игорь Зубарев вновь получил сенаторские полномочия. На мой взгляд, за этим перечнем фамилий и должностей просматривается изменение баланса между влиятельными политическими и деловыми кругами Карелии.
Пять полпредов, один инспектор
16 октября стало известно, что Иван Сивин освобождён от должности главного федерального инспектора по Карелии по собственному желанию.
В республику он приехал в январе 2014 года, ещё при Александре Худилайнене. Начинал федеральным инспектором, а в мае 2017-го, уже после прихода Артура Парфенчикова, получил повышение.
За время его работы пост полномочного представителя президента в Северо-Западном федеральном округе занимали Владимир Булавин, Николай Цуканов, Александр Беглов, Александр Гуцан и Игорь Руденя. Начальники менялись, Сивин оставался. В карельской власти такая устойчивость встречается нечасто.
Федеральный инспектор не распределяет республиканский бюджет и не подписывает контракты на строительство дорог. Его работа связана с исполнением президентских поручений и взаимодействием федеральных ведомств с региональной властью. Однако влияние чиновника определяется не только тем, какие бумаги он вправе подписывать.
За почти тринадцать лет можно хорошо узнать людей, от которых зависят решения в республике: кому достаточно позвонить, с кем придётся договариваться, чьё мнение имеет вес. Поэтому сводить уход Сивина к освобождению очередной штатной единицы я бы не стал.
Кто теряет, кто приобретает
В карельских политических кругах существует версия о двух конкурирующих группах влияния. С одной связывают Сивина, Шандаловича, предпринимателя Николая Макарова и главу Петрозаводска Инну Колыхматову. С другой — Игоря Зубарева, Илью Раковского и Ларису Подсадник.
На мой взгляд, эта версия заслуживает внимания при оценке нынешних перестановок. Кадровые потери одних и приобретения других уже видны. Насколько они связаны именно с конкуренцией этих групп, остаётся открытым вопросом.
У предполагаемого круга Шандаловича и Макарова были разные возможности. Председатель парламента участвовал в определении законодательной и бюджетной повестки. Макаров представляет крупный строительный бизнес. Колыхматова руководит Петрозаводском, где решения о земле, застройке и инженерных сетях имеют для этого бизнеса вполне материальное значение. Сивин занимал пост в федеральной системе власти.
Такое сочетание могло обеспечивать серьёзное влияние. Но теперь Шандалович больше не председатель парламента, а Сивин больше не главный федеральный инспектор. Их знакомства и опыт никуда не исчезли, однако полномочий, связанных с прежними должностями, у них уже нет.
У другой предполагаемой группы кадровый результат иной. На первом заседании Заксобрания нового созыва 5 октября Ларису Подсадник избрали председателем, Раковский сохранил пост заместителя, а Зубарева вновь наделили полномочиями сенатора.
Конечно, сохранённая должность и новая должность не одно и то же. Но в общей расстановке это существенно: рядом с двумя политиками, удержавшими свои посты, теперь находится новый руководитель парламента.
Поэтому разговор о перемене баланса имеет под собой хотя бы одно бесспорное основание: должностные возможности названных людей изменились далеко не одинаково.
Парфенчиков тоже участвует в этой истории
Было бы слишком удобно нарисовать два лагеря и дальше объяснять любое событие их борьбой. Такая схема оставляет за пределами картины самого главу Карелии.
Между тем ещё в июле 2024 года Артур Парфенчиков был избран секретарём регионального отделения «Единой России». Он возглавил и республику, и региональную организацию партии власти.
В том же 2024 году Лариса Подсадник возглавила Петрозаводское отделение партии. К её правительственной должности добавилась работа во главе партийной организации столицы Карелии. Теперь она руководит Законодательным собранием.
Её нынешнее положение складывалось постепенно. Объяснять всё исключительно поддержкой Зубарева и Раковского было бы упрощением. У Подсадник есть собственный опыт работы в правительстве и партии, а у Парфенчикова — собственные представления о том, с кем ему удобнее работать.
Для главы республики имеет значение, кто руководит парламентом, как проходят бюджетные решения и насколько согласованно действует партийное большинство. Поэтому оценивать предполагаемую конкуренцию групп необходимо с учётом его позиции. Назначать Парфенчикову роль стороннего зрителя здесь явно преждевременно.
У политического влияния есть экономическая сторона
Разбираться в этих связях стоит ещё и потому, что рядом с их участниками находится крупный бизнес.
Николай Макаров связан с группой КСМ. В частности, согласно сведениям о компании «УМР КСМ», ему принадлежит 75 процентов её уставного капитала. Предприятие занимается строительством инженерных коммуникаций. Среди других направлений работы указаны строительство зданий и дорог.
Для строительного бизнеса решения власти означают вполне понятные вещи: где появится новая дорога, к какому участку подведут сети, какую территорию отдадут под застройку, где запланируют школу или детский сад. От этого зависят стоимость земли, привлекательность проектов и будущие доходы.
Поэтому политическое влияние имеет значение далеко за пределами кабинетов. Должность можно потерять за один день, а экономические последствия принятых решений сохраняются годами.
Из этого, разумеется, не следует, что названные политики обеспечивают компаниям победы на торгах. Такой вывод требует конкретных закупок, документов и свидетельств вмешательства. Но игнорировать деловые интересы при обсуждении региональной политики тоже странно. Тогда получится, что люди годами борются исключительно за право сидеть поближе к председателю.
Есть, впрочем, деталь, которая мешает представить КСМ и «Баренц» непримиримыми противниками. «Стройиндустрия КСМ» сама называет «Баренц Групп» среди заказчиков своей продукции.
Бизнес умеет сочетать конкуренцию с сотрудничеством. Можно спорить за один проект и поставлять материалы для другого. Политические отношения тоже не обязательно устроены по принципу вечной дружбы или вечной вражды. Вчерашнее совпадение интересов не гарантирует завтрашнего.
Причина отставки и её последствия
Между избранием Подсадник и сообщением об уходе Сивина прошло одиннадцать дней. Соблазн соединить два события прямой линией велик. Но близкие даты ещё не объясняют, почему федеральный чиновник решил уйти.
Кроме того, у полпредства есть своё руководство. Игорь Руденя занял пост полномочного представителя президента в Северо-Западном федеральном округе в сентябре 2025 года. Объяснять кадровые решения его аппарата исключительно карельскими отношениями означало бы приписывать местным политикам слишком большие возможности.
О причинах ухода Сивина известно то, что сообщено публично: собственное желание. А вот последствия можно обсуждать независимо от того, что именно побудило его написать заявление.
Если версия о его близости к кругу Шандаловича и Макарова верна, этот круг лишается ещё одной важной должностной опоры. Сначала руководства парламентом, затем присутствия на посту главного федерального инспектора. Одновременно Подсадник получает новые полномочия, а Раковский и Зубарев сохраняют прежние.
Именно поэтому я вижу в осенних перестановках признаки ослабления одного круга влияния и укрепления другого. Насколько устойчивым окажется это преимущество, зависит в том числе от Парфенчикова и федерального руководства.
Уход Сивина сам по себе не доказывает чьей-либо победы в аппаратной борьбе. Но для тех, кто мог опираться на его положение, он означает необходимость выстраивать отношения заново. В этом и заключается политическое значение отставки: чиновник уходит по собственному желанию, а приспосабливаться к последствиям приходится всем, кто привык учитывать его присутствие.
