Люди у реки

1
644
Старожилы Пудожского края. Фото: Зульфия Шевченко
Старожилы Пудожского края. Фото: Зульфия Шевченко

В середине 80-х во время путешествия по Западной Германии сильное впечатление произвел на меня так называемый «Немецкий угол» в городе Кобленц, где сливаются реки Рейн и Мозель. Удивило то, что искусственно разделенный, но стремящийся к объединению народ чтит место при слиянии двух рек, как символ единства. Еще в XIX веке немцы возвели здесь памятник кайзеру Вильгельму I, который прославился объединением немецких земель. Когда рухнула Берлинская стена, и Германия снова была объединена, на месте разрушенного в войну памятника был поставлен новый, а «Немецкий угол» или «Мемориал германского единства» был внесен в список памятников Всемирного культурного наследия ЮНЕСКО.

Вспомнился мне этот факт, как ни странно, в пудожской глубинке – на месте слияния двух полноводных рек с исконно русскими названиями  – Водла и Колода. Когда-то по Водле проходил знаменитый «Кенский волок», соединяющий Великий Новгород с Белым морем. Переселенцы из вольной Новгородчины, как гласят летописи, в 1582 году основали здесь поселение Усть-Колода, нынче носящее название деревня Кубовская. Можно считать, что это место исторического поселения русских в Карелии на слиянии Водлы и Колоды – своего рода наш северный «Русский угол». Кстати, в соответствии с приказом министерства культуры Республики Карелия № 325 от 29.12.1997 года, деревня Кубовская Пудожского района включена в перечень «Исторических населенных мест» благодаря сохранности исторически сложившейся объемно-планировочной структуре, а также представляющим научную и культурную ценность объектам застройки.

Усть-Колоду основали еще в XVI веке. Фото: Татьяна Смирнова
Усть-Колоду основали еще в XVI веке. Фото: Татьяна Смирнова

Попасть в Кубовскую можно только по воде, переплыв Водлу на лодке или пассажирском паромчике, который работает в будние дни. Местные помнят, что паромчик деревне «подарил» Катанандов после очередных выборов. С тех пор подарков от власти здесь не видели.

На прошлых выходных мне посчастливилось стать гостьей Кубовской. Вместе с уроженцами этих мест, которые души не чают в своей родной деревне, мы обошли ее вдоль и поперек. «Два чувства дивно близки нам, в них обретает сердце пищу: любовь к родному пепелищу, любовь к отеческим гробам», – крутилось в голове. Без преувеличения: Кубовская – это музей под открытым небом! Здесь сохранилось много крепких бревенчатых домов, еще больше  – полуразрушенных и почти упавших, покинутых хозяевами навсегда. Пытаясь заглянуть, куда только возможно, мы натыкались на бесхозные предметы крестьянского быта и к концу дня насобирали немало экспонатов, которым был бы рад любой музей. А в сундуке хозяев дома, которые приютили нас, нашелся старинный кокошник, который мы по очереди примиряли и любовались своим отражением…

Музейные экспонаты. Фото: Татьяна Смирнова
Музейные экспонаты. Фото: Татьяна Смирнова

Настоящий квест получился при обследовании старинного трехэтажного дома в центре деревни, от которого только стены и остались. Сначала мои попутчицы Татьяна и Галина вспоминали, чей он. «Там жил слепой гармонист, – припомнила Татьяна. – Он с фронта пришел незрячим и был нарасхват на деревенских праздниках и посиделках…». Потом и фамилию владельцев дома отыскали в глубинах памяти – Омелины. Интересно, сколько поколений Омелиных выросло здесь? Тесаные бревна первого этажа выгнуты в дугу, но еще пыжатся, держа строение. Хрустит под ногами битый кирпич. Внутрь сквозь обветшавшие доски крыши падают первые снежинки…

Роспись на старинном деревянном доме. Фото: Татьяна Смирнова
Роспись на старинном деревянном доме. Фото: Татьяна Смирнова

Неожиданное открытие ждало нас здесь! Рассматривая со стороны фасада подшивку крыши, я заметила нарисованный красками узор, расположенный в шахматном порядке: ветки растений и сидящие на них диковинные птицы! Как ни странно, в деревне никто об этой росписи не знает! Архитектор из Петрозаводска Ирина Гришина сказала, что узоры на подшивке она видела в Кенозерском национальном парке Архангельской области прошлым летом, и прислала мне фотографию. Да, похоже!

Дом из Архангельской области. Фото: Ирина Гришина
Дом из Архангельской области. Фото: Ирина Гришина

Немногочисленное нынешнее население Кубовской – около пятидесяти человек – это в основном коренные жители, среди которых преобладают пенсионеры. Но есть и дети, их сейчас семеро. Каждый день ребятишек переправляют через реку, а потом на школьном автобусе везут в поселок Кубово на занятия. Здесь только девятилетка, за средним образованием надо ехать в Пудож, а это больше 50 километров. Так что уезжают коренные жители из Кубовской учиться, и большинство уже не возвращается.
Об этом мне рассказала местная жительница Оксана Чистякова, которую считают неофициальной старостой деревни. Она – социальный работник, на ее попечении пятеро местных пенсионеров от 67 до 86 лет. К тому же Оксана смотрительница храма Смоленской Иконы Божьей Матери, которую восстановили всем миром. И просто хороший человек, как говорят люди.

Оксана Чистякова. Фото из личного архива
Оксана Чистякова. Фото из личного архива

Оксану очень беспокоит нынешняя ситуация в деревне. Скоро зима, придется налаживать переправу по льду Водлы, а потом чистить дороги – это большая проблема для Кубовского поселения. Да и с летней переправой скоро проблемы начнутся – лебедка на пароме старая. Детям негде заниматься: просили у местной власти отдать зал досугового центра, но местным жителям отказали, дескать, нет возможности свет оплачивать, хотя родители готовы платить за электричество. Еще беда – подвесной мост через Колоду, ведущий к домам сплавного участка, где расположен магазин. По раскачивающемуся и накренившемуся на одну сторону мосту уже страшновато ходить, особенно когда доски становятся скользкими от дождя и снега. Сваи, на которых он держится, частично сгнили и надломились. Следующий ледоход может их добить. Денег на ремонт нет и не будет…

По мосту уже страшно ходить. Фото: Татьяна Смирнова
По мосту уже страшно ходить. Фото: Татьяна Смирнова

– Худилайнен к нам приезжал в июле, ходил по этому мосту, видел все своими глазами, но местных жителей к главе не подпустили, даже не предупредили о визите, – рассказывает Оксана Чистякова. – Одна женщина пыталась задать главе Карелии вопросы, но ее оттеснили в сторону… Худилайнена сопровождал народный коллектив «Ивушки», они посетили музей крестьянского быта, который создал в свое доме известный пудожский краевед, заслуженный работник культуры Республики Карелия Борис Павлович Фофанов, попели-похороводили и уехали…

Как сообщила пресс-служба главы Карелии, Худилайнен  отблагодарил Бориса Фофанова за инициативу по созданию музея и произнес пафосно: «Карельская земля – кладовая многочисленных памятников истории и культуры. Благодаря таким энтузиастам и инициативным людям, как вы, богатое наследие сохраняется для потомков. Благодаря вам, живет история деревни и ее культурная традиция». Только памятники эти ветшают и рушатся, а разучившаяся общаться с народом власть поет и пляшет…

Визит карельского губернатора Худилайнена. Фото пресс-службы правительства Карелии
Визит карельского губернатора Худилайнена. Фото пресс-службы правительства Карелии

Посмотреть музей нам не удалось – его открывают один раз в год 10 августа, когда в Кубовскую на местный церковный праздник съезжаются потомки коренных жителей и многочисленные гости.

– Два года назад побывала у нас министр культуры Карелии Елена Богданова, – продолжает Оксана Чистякова. – Прошла по деревне, посмотрела музей и все. А у нас была надежда, что республиканская власть поддержит инициативу местных жителей по сохранению нашей деревни, включенной в перечень «Исторических населенных мест».

Деревенский музей. Фото пресс-службы правительства Карелии
Деревенский музей. Фото Зульфия Шевченко

Старинная русская деревня помнит своих героев – тех, кто воевал за Родину. На погосте у церкви на средства жителей сооружен мемориал с выбитыми на граните именами бойцов, где одна фамилия с разными инициалами повторяется пять-шесть-семь раз…

Вернувшийся с войны живым и невредимым Иван Шлямин любил рассказывать землякам, как сдружился с сержантом Юрием Никулиным. «Тот, кто пережил блокажу Ленинграда, знает, что это такое. Юрий Никулин, весельчак и балагур, умел в трудную минуту подбодрить бойцов, а иногда устраивал веселые представления. Мне повезло, мы не только жили в одной землянке с Юрием, но случалось укрываться одной шинелью…», – вспоминал Иван Шлямин в сборнике «Пудожане на войне». Так в Кубовской появилась легенда о том, что приезжал сюда к своему фронтовому другу известный киноактер Юрий Никулин.

В пудожских деревнях хранят память о фронтовиках. Фото: Татьяна Смирнова
В пудожских деревнях хранят память о погибших на фронте земляках. Фото: Татьяна Смирнова

Отношение сельских жителей к своим фронтовикам было использовано одним из кандидатов во время предвыборной кампании. Во время встреч с людьми он пообещал всем желающим изготовить портреты воевавших родственников для участия в «Бессмертном полку». Люди приносили фотографии, оставляли свои координаты представителям кандидата – так около 600 человек оказались «обязанными» своему благодетелю, и только недавно они получили портреты – без рамки и древка. Услуга называется «сделай сам». «Хитрости» кандидата от партии власти на этом не закончились. За два дня до выборов в поселениях Пудожского района появились листовки, адресованные землякам, в которых «инициативные граждане» просят не голосовать за представителя коммунистов – лучшего в районе главу поселения, потому что без него людям придется плохо! И ведь правду написали, чем добавили голосов… «Единой России». Надо сказать, что в Кубовском поселении, как и в своем родном, кандидат-коммунист все равно одержал победу.

Итоги выборов не оставили надежды на то, что в Пудожском районе начнутся перемены к лучшему. Уже 27 октября депутаты от партии власти Законодательного собрания Карелии протащили в первом чтении вопрос о продаже акций «Кареллеспрома», на котором в последние годы держится экономика района. Теперь отнимают последнее, взамен не дав ничего, хотя власть чего только жителям не обещала – от «Пудожского мегапроекта» по разработке Аганозерского месторождения до загадочной «Пудожской Ривьеры»…

Признаков перемен к лучшему в Пудожском районе не заметно. Фото: Татьяна Смирнова
Признаков перемен к лучшему в Пудожском районе не заметно. Фото: Татьяна Смирнова

Деревню Кубовскую много лет назад полюбили супруги Шевченко – Виктор и Зульфия. Он – украинец, она – татарка. Окончив Ленинградскую лесотехническую академию, они приехали работать в Карелию.

– Я еще в юности, будучи школьницей, живя в Алматы, мечтала посмотреть Карелию. Смотрю уже 30 лет, – с улыбкой говорит Зульфия. Она преподает в местной школе биологию и краеведение. И одновременно помогает мужу продвигать проект туристско-рекреационного кластера «Модельная территория устойчивого развития на базе Кривецкого и Кубовского сельских поселений Пудожского района Республики Карелия, расположенная между Водлозерским и Кенозерским национальными парками».

Зульфия Шевченко на острове Кижи. Фото: Татьяна Смирнова
Зульфия Шевченко на острове Кижи. Фото из личного архива

Десять лет назад Виктор Шевченко опубликовал в местной прессе свои статьи, в которых обосновывал возможность комплексного развития территории на основе богатейших местных ресурсов без вреда для экологии. В частности, в него включена идея разработки технологии и производства из отходов лесопереработки биологически активных препаратов для использования в фармацевтической, косметологической промышленности. По словам Виктора, из карельского леса можно производить мощнейший иммуномодулятор, который быстро ставит на ноги человека, перенесшего тяжелый инфаркт, или получившего сильные ожоги. В свое время Виктор Федорович направил проект производства биологически активных препаратов  в Минэкономики РФ, который оказался включенным в десятку лучших инновационных проектов России, поэтому на его реализацию государство обязалось выделить необходимые средства. Приехав по приглашению из правительства в Москву единственный от Северо-Запада России, он наткнулся на недоуменный взгляд чиновника, который по поручению Виктора Черномырдина работал с авторами отобранных проектов. В зале, где собрались участники из Якутии и Тюмени, было много народу – с каждым автором проекта сидела группа поддержки: региональные министры, главы городов, предприниматели. Якутия представляла проект завода по огранке алмазов, Тюмень – по производству высокооктанового бензина. Власть Карелии к проекту отнеслась безразлично, хотя должна была поддержать, и только при этом условии могло начаться его продвижение. Тогда для реализации требовалось 2 миллиона рублей, сегодня – до 10 миллионов евро…

Есть ли у карельских чиновников дело до Пудожского края? Фото: Татьяна Смирнова
Есть ли у карельских чиновников дело до Пудожского края? Фото: Татьяна Смирнова

Кроме того, в проект туристско-рекреационного кластера Шевченко включены завод по производству конструкций из клееной древесины, завод по производству пеллет, а также туристические и сельскохозяйственные объекты.

В деревне Кубовской Виктор и Зульфия купили исторический дом Шляминых 1910 года постройки. Побывавшие здесь недавно по приглашению Шевченко специалисты кафедры архитектуры ПетрГУ оценили хорошее состояние дома, а теперь хотят получить грант на проведение обмеров и составление паспорта дома-памятника, который хозяева предполагают использовать для привлечения туристов. Архитектор Ирина Гришина заметила, что ей хотелось бы и саму деревню изучить более тщательно.

Дом Шляминых. Фото: Зульфия Шевченко
Дом Шляминых. Фото: Зульфия Шевченко

Супруги Шевченко используют любую возможность заявить о своем проекте. Как только в республике появилась «Корпорация развития», которая должна привлекать инвесторов, Виктор Федорович направил документы туда. Он обращался ко всем четырем директорам. От Анны Поздняковой ответа так и не дождался…

– Карелии хронически не везет с властью, – с горечью в голосе говорит Виктор Шевченко. И с ним невозможно не согласиться.